Бегство в мечту стр. 2
брать трубку или нет, но журналисты звонили мне обычно на сотовый, и я все же рискнула.
— Анастасия Андреевна? — спросил незнакомый голос.
— Да, — отозвалась я, уже жалея о своем любопытстве.
— Моя фамилия Королев. Я — юрист, нотариус, и, выражаясь старомодно, «душеприказчик» вашего отца.
— У меня нет отца, — жестко отрезала я.
— Уже нет, — не смутился он. — Впрочем, как угодно. Скажем так: я — юрист Андрея Дмитриевича Туманова. Я хотел бы попросить вас заехать ко мне в офис для обсуждения некоторых вопросов его завещания.
— Мне это не интересно. Никогда не было интересно, не интересно и сейчас.
— Воля ваша, — так же невозмутимо отозвался он. — И все же я просил бы вас приехать, хотя бы для того, что бы официально отказаться от наследства и не ждать пока истечет положенный законом срок. Империя большая и подобная неопределенность пойдет ей во вред. Ведь все движимое и не движимое имущество он завещал вам, оставив вас своей преемницей.
— Мне?!. Но…
Я была искренне удивлена и даже немного напугана. Отца я видела только по телевизору, а общалась с ним пару раз лишь в интернете, четко и недвусмысленно дав понять, что иного общения мне и не надо. О бизнесе я знала лишь то, что это «война без правил», и потому подобный
подарок больше напоминал троянского коня.
— Не удивляйтесь и не расстраивайтесь, — словно угадал мои мысли собеседник. — Даже если вы передумаете и не откажитесь, в завещании есть пункты, которые делают его недействительным, в случае не выполнения условий, вменяющихся вам в обязанность.
— Что за условия?
— Именно об этом я и хотел поговорить с вами лично. Вы сейчас не заняты?
— Ну…
— Вот и замечательно. Я пришлю за вами машину. Телохранитель вам нужен?
— Кто?!
— Телохранитель. В сложившихся обстоятельствах…
— Нет, не нужен. Это не мои игры… и не будут моими. Как я вам уже сказала: все это меня мало интересует.
— Как вам будет угодно. Через двадцать минут машина будет у вашего подъезда.
И он повесил трубку, оставив меня наедине с подозрениями и сомнениями…
… У подъезда томились в ожидании человек пять, жаждущих сенсации, журналистов. Увидев меня, они торопливо вскинули камеры и микрофоны, словно охотники, увидевшие долгожданную добычу.
— Итак, вас всех интересует моя реакция на это событие? — спросила я, преувеличенно кокетливо взбивая челку. — Тогда готова подарить вам сенсацию: я рада, что этот говнюк… Что такое? Вас шокирует столь точный эпитет? Ну, тогда вам придется подождать пока я найду ему альтернативу, а это — поверьте — будет не скоро…
И пошла к подъехавшему «Мерседесу», оставив их стоять с открытыми ртами…
Королев оказался огромным, широкоплечим человеком лет пятидесяти. Было заметно, что годы не могут одолеть этого крепкого и жизнестойкого богатыря, больше похожего на борца, чем на знаменитого адвоката. Пышные усы подчеркивали мужественный, квадратный подбородок, а синие глаза смотрели сквозь стекла очков неожиданно добродушно и наивно. Но в этом случае «зеркала души» лгали, как и все, окружавшее моего отца. Голос юриста выдавал его характер без прикрас: то обманчиво-мягкий, то проникновенный, он неожиданно приобретал стальное звучание, недвусмысленно давая понять, что его хозяин «весит столько, что с места не сдвинешь».
— Присаживайтесь, Настя… Вы позволите вас так называть?
— Позволю. А как