Библиотека

Бегущая от любви стр. 68

Размер шрифта
-
+
Тема

– Знаешь, на ней ведь под платьем ничего не было.

Шлюха! – в ярости думала Кэрри, чувствуя, как жжет глаза соль невыплаканных слез. Вот чем она его привлекла – примитивным сексом!.. Кэрри хотелось сорвать с себя облегающее платье и дурацкие кружевные чулки. Ну не смешно ли? Нашла с кем соперничать! Давно пора было понять, что в мире, к которому принадлежат Карлос и Лотта, ей делать нечего.

Войдя в дом, Кэрри первым делом нашла листок бумаги и нацарапала записку:

«Спасибо, все было прекрасно, но с меня хватит».

Записку она оставила на видном месте в спальне. Собрала вещи – те, что попроще,

– и вызвала такси. В глубине души она всегда знала, что этим кончится. Грех жаловаться на судьбу. Карлос никогда не говорил, что любит ее, да и она никогда не признавалась ему в любви. Но ведь он клялся ей в верности и надел на палец обручальное кольцо! А всего несколько часов назад подарил еще одно... И вдруг огненная, испепеляющая ненависть охватила Кэрри, разрывая ее сердце на части. Рухнув на чемодан, Кэрри разразилась рыданиями.

Минут через десять, совладав с собой, она осторожно, чтобы не разбудить няню, прокралась в детскую и остановилась у кроватки Дороти. Дочка будет очень скучать по Карлосу... Но что же делать? И зачем ее глупое сердце отравляет и без того ужасные минуты чувством вины? Почему внутренний голос кричит, что она совершает страшную ошибку?

Нет, твердо сказала себе Кэрри, я приняла решение и выполню его. Если Карлос ждет, что я стану мириться с его изменами, – не дождется. Я подам на развод... Нет, лучше просто исчезну – пусть гадает, где я и как от меня избавиться! Ничего с ним не случится, такая штучка, как Лотта, не откажется жить в грехе...

Но Кэрри тут же оборвала себя, придя в ужас от своих злобных и мстительных мыслей. Это несправедливо. Надо отпустить Карлоса с миром. Пусть женится на Лотте, если любит ее, – а судя по сегодняшнему вечеру, иначе и быть не может...

10

Прошло три недели с тех пор, как Кэрри вернулась в родительский дом.

Рассказ обо всем, что произошло с ней в Нью-Йорке, занял целый день. Потом были слезы, упреки, сожаления – и, конечно, поцелуи и слова любви. Отец и мать простили Кэрри то горе, которое она им причинила, и приняли внучку с распростертыми объятиями.

Кэрри думала, что возвращение домой излечит ее от тоски – однако дни текли за днями, а она тосковала все сильнее. Не желая огорчать родителей, она старалась казаться веселой и рыдала только по ночам, уткнувшись в подушку, чтобы отец и мать не услышали. Однако подавленное настроение дочери, разумеется, не могло остаться ими незамеченным.

Все чаще отец и мать заговаривали с ней о происшедшем – и то, что они говорили, Кэрри вовсе не нравилось.

– Что он, болван, этот твой муж? – интересовался отец, приводя Кэрри в ярость одним подобным предположением. – Только совершеннейший болван станет жениться на одной женщине, когда любит другую.

– Ты всегда действуешь не подумав, – вздыхала мать. – Почему ты не попробовала поговорить с мужем? Он ведь хорошо с тобой обращался. С какой стати ему

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.