Белый Доминиканец стр. 86
жизни. Она освещает камеру твоего одиночества. Вот сейчас пламя ее вспыхивает, но масло в ней скоро кончится». Меня тянет выйти под открытое небо, сейчас, когда вот-вот пробьет час Великого Свидания.
По лестнице я поднимаюсь на плоскую крышу, на которой я часто сиживал тайком еще ребенком, чтобы очарованно смотреть, как ветер превращает облака в белые лица и фигурки драконов.
Я взбираюсь вверх и сажусь на перила.
Город простирается внизу, утопая в ночи.
Все мое прошлое, фрагмент за фрагментом, поднимается во мне и жалобно льнет к моему сердцу, как будто умоляет меня: «Сохрани меня, возьми меня с собой, чтобы я не погибло в забвении и могло бы жить в твоей памяти». Повсюду на горизонте вспыхивают зарницы, как сверкающие пристальные глаза великанов. Окна и крыши домов отражают их пламенные всполохи, предательски освещая меня, как будто указывая: «Вот! Вот! Вот стоит тот, кого ты ищешь!»
«Ты победил моих слуг, теперь я иду сама!» — слышится в воздухе отдаленный рев. Я вспоминаю о госпоже Мрака и то, что мой отец говорил о ее ненависти.
«Нессовы одежды!» — шипит ветер и рвет мое платье. «Да!» — оглушающим ревом подтверждает гром. «Нессовы одежды», — повторяю я, пытаясь понять смысл этих слов, — «Нессовы одежды?». Затем — мертвая тишина и
выжидание. Ураган и молния обсуждают, что им теперь предпринять.
Внизу вдруг громко зашумела река, как бы желая предупредить: «Спускайся ко мне! Прячься!». Я слышу испуганный шепот деревьев: «Невеста ветра с руками душителя! Кентавры Медузы, дикая охота! Пригните свои головы, едет всадник с косой!». В моем сердце пульсируют тихое торжество и радость: «Я жду тебя, мой любимый!». Колокол на церкви застонал от удара невидимого кулака. В отблеске молнии вопрошающе вспыхнули кресты на кладбище.
«Да, мама, я иду!». Где-то распахнулось от ветра окно и стекло с дребезжащим звуком разбивается о мостовую — это смертельный ужас вещей, созданных человеческой рукой.
Что это? Неужели луна упала с неба и блуждает вокруг? Белый раскаленный шар движется в воздухе, замирает, опускается, поднимается снова, бесцельно мечется и мгновенно лопается с оглушительным треском, как будто охваченный неистовым бешенством. Земля содрогается от дикого ужаса.
Появляется новый шар; обыскивает мост, медленно и злобно катится по палисаднику, огибает столб, с ревом охватывает его и сжигает.
Шаровые молнии! Я читал о них в книгах моего детства, и описание их загадочного поведения, которое многие считают выдумкой, сейчас перед моими глазами, так живо и реально! Слепые существа, созданный из электрической силы, бомбы космических бездн, головы демонов без глаз, рта, ушей и носов, поднявшиеся из воздушных и земных глубин, вихри, кружащиеся вокруг полюса ненависти, полусознательно ищущие новых жертв в своей разрушительной ярости!
Какой бы страшной силой были бы наделены эти шаровые молнии, прими они человеческий облик!
Неужели мой безмолвный вопрос привлек одну из них — этот раскаленный шар, который внезапно изменяет свои траекторию и движется ко мне?
Шаровая молния скользит вдоль забора. Затем поднимается вдоль стены, влетает в одно открытое окно, чтобы тут же появиться из другого, вытягивается — и огненный столб пробивает кратер в песке с таким громовым грохотом, что весь дом сотрясается и тучи песка вздымаются вверх, долетая до того места, где стою я.