Белый индеец стр. 106
узнать об английских белых.
Ренно начал понимать, чего хочет отец.
— Сын, ты будешь моими глазами. Ты будешь моими ушами. Ты скажешь мне, можем ли мы доверять белым. Ты поможешь мне решить, будем ли мы покупать у них огненные дубинки и вести переговоры.
Ренно уже видел день, когда сенеки с огненными дубинками пойдут на гуронов, но не хотел, чтобы это желание повлияло на его решение. Ему доверено дело огромной важности.
— Ты возьмешь шесть воинов, когда поведешь Де-бо-ру к ее народу. Ты проследишь, чтобы с ней ничего не случилось в пути, и отдашь ее Уилсону, вождю белых. Тогда он поймет, что ты пришел с миром.
Вопрос был решен, и Ренно вернулся домой. Дебора заканчивала завтрак.
— Когда взойдет следующее солнце, — сказал Ренно, — ты возьмешь все, что у тебя есть, и пойдешь со мной.
Дебора испугалась. Она подумала, что обидела Ренно, и он хочет отдать ее в какое-то другое племя.
— Куда ты поведешь меня?
Ренно удивился, что она не догадывается.
— Я отведу тебя в селение твоего народа, и твоя душа не будет болеть.
Слезы радости и облегчения выступили на глазах Деборы, но она попыталась скрыть их.
Ренно отвернулся. Никто из женщин сенеков не стал бы плакать на ее месте.
Весь день Дебора с трудом сдерживала нетерпение, и задолго до заката собрала свое нехитрое имущество. Вечером они с Ренно пошли в дом великого сахема на прощальную трапезу. Дебора хотела поблагодарить Ину, Са-ни-ву и Гонку за их доброту, но боялась, что не выдержит и расплачется.
Са-ни-ва догадалась, о чем думает девушка.
— Это хорошо для Де-бо-ры, что она пойдет к своему народу, — сказала пожилая индианка. — Но сердца сенеков будут печальны.
Дебора тяжело вздохнула:
— Мое сердце тоже будет печально.
Гонка закончил разговор на эту тему:
— Для Де-бо-ры всегда будет место у нашего очага.
Эти слова означали, что она навсегда останется в сердце этих индейцев, Дебора знала, что будет скучать по ним.
Старшие продолжали есть молча, и только Эл-и-чи, включенный в отряд, радовался приближению завтрашнего дня. Ба-лин-та воспользовалась случаем и болтала без умолку, изредка останавливаясь перевести дыхание. Ее большие глаза сияли, она заявила, что когда-нибудь навестит Де-бо-ру, и тогда белые удивятся, как хорошо она говорит на их языке. Дебора улыбнулась, подтверждая, что девочке всегда будут рады в форте Спрингфилд.
Трапеза подошла к концу. Ина протянула руку и на секунду опустила ее на голову Деборы. Больше никто не прикоснулся к ней, никто ничего не сказал, и девушка молча простилась с сенеками.
Этой ночью Ренно спал отдельно, показывая, что их отношения изменились.
Дебора и Ренно проснулись затемно. Дебора поставила на огонь вчерашнюю похлебку и надела теплую одежду, сшитую для нее Иной. После еды девушка потушила огонь и набросила на плечи накидку с капюшоном из шкуры бизона. На спине Деборы висел сверток с одеждой и другими вещами. Старший воин не должен носить ничего, кроме собственного оружия.
Ренно взял с собой лук, стрелы, томагавк, металлический нож и немецкий мушкет. Дебора и Ренно вместе подошли к частоколу, где их ждали шестеро воинов, которые тут же окружили девушку. Ренно вышел вперед, и все двинулись через замерзшие поля. На ногах путников были специальные снегоступы, чтобы можно