Белый индеец стр. 8
Авдия устремился прямо в сердце противника.
Юный священник был в ужасе, но уже не успевал отдернуть руку.
Шпага глубоко вошла в тело. Гарри Ален умер на месте, и краска постепенно спала с его лица.
Авдий окаменел от неожиданности, но через несколько мгновений вытащил клинок из бездыханного тела и вытер его об одежду убитого. Только теперь священник понял, в каком отчаянном положении оказался.
Это была не совсем обычная дуэль. Не было ни врача, ни секундантов, которые могли бы стать свидетелями в суде. Кто подтвердит, что Авдий вынужден был защищаться? В глазах света он, скорее всего, окажется хладнокровным убийцей.
Конечно, сестра жертвы видела, как они вместе вышли из трактира, но вряд ли девушка станет свидетельствовать против родного брата ради какого-то незнакомца.
В худшем случае Авдию грозила виселица. А если судья и сжалится над ним, то ни один приход в Англии не примет священника-дуэлянта.
Прекрасная жизнь в Сассексе закончилась, не успев начаться. Придется бежать в Америку, другого выхода нет.
Стараясь не поддаваться панике, Авдий осмотрел лужайку, проверяя не оставил ли где своих вещей. Довольный, что успел заплатить за обед, он кинулся в конюшню. Из трактира так никто и не вышел.
Лошадь была оседлана, и Авдий не мешкая тронулся в путь. Теперь он направлялся в Гулль. До порта оставалось пятьдесят миль. Дженкинс надеялся, что двадцати соверенов (всего, что у него было) хватит, чтобы оплатить проезд до Массачусетса.
Вскоре трактир остался позади. Авдий убедился, что никто за ним не последовал, и пустил лошадь галопом. Через несколько минут он заметил впереди одинокую всадницу. Подъехав ближе, Авдий узнал невольную виновницу несчастья.
Элизабет придержала коня и приветливо улыбнулась молодому священнику:
— Вы были так любезны! Спасибо, что хотели мне помочь. Но я решила, что брат прав. Так что сейчас я отправляюсь прямо к сэру Джонатану и скажу, что с радостью выйду за него замуж.
Авдий вежливо улыбнулся, приподнял шляпу и двинулся вперед, едва сдерживаясь, чтобы не пустить лошадь галопом. Комизм ситуации не выходил у него из головы. Гарри Ален погиб, погиб от его руки, он стал убийцей, и все из-за каприза молоденькой дурочки.
Авдий не задумывался, что ждет его в далеком Новом Свете, зная только, что нужно оказаться на борту судна прежде, чем власти настигнут коварного убийцу.
Только непоколебимая вера в милосердие Всевышнего поддерживала молодого священника в этот тяжелый час, и Авдий то и дело возносил безмолвную молитву Господу.
Эндрю Уилсон уже сожалел, что пришел в Ньюгейтскую долговую тюрьму. Внутренний двор был переполнен узниками. Большую часть времени обитатели тюрьмы предпочитали проводить на свежем воздухе и, только замерзнув до костей, возвращались погреться в помещение, пропитанное запахом грязных тел и нечистот. Спать приходилось на полу, а помоев, которыми кормили узников раз в день, едва хватало, чтобы не умереть с голоду.
Самое страшное заключалось в том, что люди теряли надежду когда-либо выйти на волю. Долги росли, судьи оставались равнодушными, и на перемену участи смели рассчитывать только те, у кого были родственники. Хуже всего приходилось неимущим должникам. Они не могли освободиться, не уплатив долг, а, оставаясь в тюрьме, не могли собрать необходимую сумму.
Капитан Уилсон знал, что найти слуг в Новом Свете будет