БЕРЕГИСЬ АВТОМОБИЛЯ! стр. 33
исчезает. Люба права – тут что-то неладно…
– Кто эта Люба? – едва успел вставить Максим.
– Юрина невеста. Он какой-то несовременный – очень долго за ней ухаживает, она водит троллейбусы – славная женщина! они познакомились, когда он пришел ее страховать. Какие у страхового агента могут быть командировки? Почему он возвращается нервный? А на этот раз он заявил Любе, что поедет не в Тбилиси, а еще куда-нибудь. Вы мне можете объяснить, что все это обозначает? Вы кто по профессии?
– Следователь! – Максим слушал монолог словоохотливой мамы Деточкина с возрастающей внутренней тревогой.
– Вот вы и разберитесь! – отреагировала на профессию Максима Антонина Яковлевна.
– Когда я была молоденькой, за мной тоже ухаживал следователь, но я вышла замуж за красноармейца.
– А когда Юрий Иванович уехал? – спросил Подберезовиков, втайне надеясь, что мама назовет число, не совпадающее с датой угона машины Семицветова.
– На моей свадьбе гулял весь полк. Мы пели "Наш паровоз, вперед лети, в коммуне остановка", – продолжала вспоминать мама. – Вы знаете эту песню?
– "Иного нет у нас пути, в руках у нас винтовка", – закончил Максим. – Когда он все-таки уехал?
– Трое суток назад, ночью, – сказала Антонина Яковлевна. – И представьте себе, самое поразительное: он заехал прощаться к Любе на какой-то "Волге"!
– Может, это было такси? – Следователь должен быть человеком, который всегда сомневается.
– Нет, он сам был за рулём.
– Разве Юрий Иванович умеет водить машину?
– Еще бы! – с гордостью сказала мама, не подозревая того, что творит. – Десять лет шофером работал, потом в аварию попал. У него было сотрясение мозга. Он лежал у Склифосовского. Я тоже не выходила из больницы. Врачи посоветовали Юре пока не ездить. И он пошел в страховые агенты, временно, конечно. Я так хочу, чтоб они поженились! Я мечтаю о внуке или внучке, мне все равно!
Максим улучил удобный момент, поспешно распрощался и ушел.
Он был потрясен своим открытием.
Он вспоминал, и воспоминания жгли его сердце:
"Деточкин проявлял болезненный интерес к поиску главаря…
У Деточкина болела нога как раз на следящий день после истории с волчьим капканом…
Деточкин горячо защищал толстенького…
Деточкин обычно курил "Беломор", но тогда у него оказались сигареты "Друг"…
Наконец, Деточкин исчез той самой ночью, когда у Семицветова угнали машину…
Улики? А может быть, совпадения?
Нет, это улики! Но косвенные, а не прямые!"
Тут Максим, который шагал по вечернему юроду, остановился.
Он ясно увидел перед собой доверчивые, добрые, грустные глаза Юрия Ивановича, которые смотрели на него с укором.
И Максим осудил себя за дешевую подозрительность, за пристрастие к первой, поверхностной версии, за оскорбление дружбы: "Юрий Иванович – скромный работяга, небогато живет, любит искусство. Как он грандиозно репетирует! Как он правдив и естествен!
Нет, конечно не Юрий Иванович крадет автомобили!
А может быть все это маскировка?"
Максим опять зашагал по улице, ускоряя темп: "Конечно, Деточкин притворяется! он актер не только в народном театре, но и в гуще народной жизни! Ведь я сам сообщил ему, что снял слежку с семицветовской машины, и он тотчас же, нагло воспользовался моей откровенностью!
Это не я оскорбляю дружбу, а Деточкин втоптал ее в грязь!"
Максим бежал и бежал по