Библиотека

БЕРЕГИСЬ АВТОМОБИЛЯ! стр. 41

Размер шрифта
-
+
Тема

своей кабине. Деточкин полез следом, громко распевая:

– Я в Любин троллейбус сажусь на ходу,

Последний, случайный…

Люба рывком рванула с места, Деточкин плюхнулся на дерматиновое сиденье, не сводя с нее преданных собачьих глаз.

Объяснение было бурным.

Люба честила Юрия Ивановича почем зря, безжалостно снимая с него стружку. Она говорила, что он скверно кончит, что он связался с какой-то бандой и стал хулиганом, разъезжает на подозрительных "Волгах" в сомнительные командировки, что он скоро сопьется, туда ему и дорога!

Деточкин не стерпел незаслуженных оскорблений и рассказал Любе все.

Это произвело на нее неизгладимое впечатление.

Люба замолчала.

Троллейбус мчался по ночной Москве, спеша к себе в парк, это был последний рейс.

Ночью в троллейбусном парке рядами стояли пустые машины, и штанги над ними были приспущены, как флаги…

Люба и Деточкин молча вышагивали по узкой дорожке между троллейбусами. Дошли до конца одной дорожки, свернули в другую, снова шли между троллейбусами, которым, казалось, нет числа…

– Ведешь ты себя, – тихо оказала Люба, – как дитя, честное слово… Ведь посадят, понимаешь ты это или нет?

– понимаю…

– Я тебя, Юра, буду ждать. Сколько бы ни пришлось… Год, два, десять лет!

– Десять – это ты перебрала! – невесело заметил Деточкин.

– А если можно будет с тобой поехать, я поеду… И на Колыме люди живут, или где там еще?

Двое снова вышагивали по узкой тропинке между троллейбусами. Сотни машин собрались здесь на ночь, чтобы передохнуть перед большой работой…

На следующее утро, ровно в 9 часов, Подберезовиков сидел у себя в прокуратуре и ждал прихода Деточкина. Следователь верил, что подопечный воспользуется его дельным советом, и не ошибся.

В 9 часов 05 минут томительную тишину разорвал телефонный звонок.

– Это он! – загадочно сказал Максим Тане и снял трубку.

– Доброе утро, Максим Петрович! – послышался в аппарате голос нарушителя закона.

– Доброе утро, Юрий Иванович! – вежливо отозвался Подберезовиков, выжидая.

Деточкин нейтрально спросил:

– Вы будете вечером на репетиции?

– Разве мы не увидимся раньше? – прозрачно намекнул следователь.

– Мне бы не хотелось торопиться! – чистосердечно признался Деточкин.

Подберезовиков занервничал, он придерживался противоположной точки зрения.

– Не заставляйте следствие, – жестко отчеканил представитель закона, – прибегнуть к экстренным мерам!

– Вы не бойтесь, я не сбегу! – заверил Деточкин. – Очень хочется сыграть премьеру. Все-таки главная роль! Я прошу у правосудия отсрочку, Максим Петрович!

Подберезовиков задумался, как артист он понимал Деточкина и сочувствовал ему. Роль, которую репетировал Юрий Иванович, выпадает раз в жизни. Не сыграть ее очень обидно. Следователь, конечно, знал, как ему положено поступить, но ему не хотелось причинять другу боль.

– Из-за вас меня выгонят с работы! – сказал Максим, оттягивая момент решения.

Деточкин находчиво использовал колебания Подберезовикова.

– Большое спасибо! Значит, я могу быть свободен по премьеру включительно?

– Черт с вами! – выругался Максим. – Пользуйтесь моей добротой.

Следователь повесил трубку, кляня себя за бесхребетность.

Так в борьбе искусства и закона победило искусство.

Таня, затаив нежное дыхание, ждала разъяснений шефа.

– Таня, это был он!

– Кто? – По традиции помощник следователя обо всем узнает последним.

– Тот, кто угнал все наши машины! – как бы между прочим заметил Максим.

Реакция помощницы превзошла все ожидания. Таня шлепнулась в обморок.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.