Беременна (не) от того стр. 26
вернетесь ко мне, и будем думать дальше. Сейчас нужно определить точный срок. Если задержка уже двадцать дней, то минимальный срок около семи недель. Так что абдоминальное должно уже показать.
— Спасибо.
Мы покидаем кабинет и проходим в другое помещение. Везде заходим без очереди. Только перед самой дверью Ярослав задерживает меня и наклоняется вплотную к уху.
— Уль, пожалуйста, можешь не посвящать других в наши не совсем типичные взаимоотношения?
От его голоса внутри все замирает. На мгновение тело окунается в воспоминание о том, как он грел меня своим телом. Сердце ускоряется, и мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы не потерять рассудок. Он мой
персональный кошмар, нельзя так остро на него реагировать.
— Конечно, я понимаю, что ты переживаешь за свою депутатскую з…
— Шилова Ульяна Александровна
Меня громко окликают, и мы заходим в кабинет.
— Проходите, поднимайте платье, мне нужен доступ к животу.
К щекам приливает румянец, но я одергиваю себя. Представлю просто, что Яра здесь нет, и не перед ним я сейчас буду светить нижним бельем.
Мне на живот выливают прохладный гель и включают аппарат. Женщина в возрасте внимательно следит за монитором, плавно передвигая датчик. Хмурит аккуратные брови и снова проводит прибором в другую сторону. У меня замирает дыхание. Боюсь, что что-то не так. Начинаю молиться, чтобы с крохой все было в норме. Ярослав тоже не издает лишних звуков и просто ждет.
— Ну что ж. Вас можно поздравить, будущие родители. Наблюдаю два плода. Срок около одиннадцати недель. Пол ещё не скажу. Сейчас прослушаем сердцебиение.
— Как два?
Выдыхаю, еле шевеля губами. Просто невероятно.
— Очень просто, — усмехается специалист и поворачивает голову к Гаврилову, — вот, папаша, посмотрите. Один ребенок и другой. Видите?
Яр смотрит на монитор как зачарованный и только кивает головой. Единственное, что слышу я, это как бешено колотит о ребра мое сердце. Не могу поверить…
И тут слышу тихое биение маленького сердечка. Словно крылья бабочек порхают. На глаза наворачиваются слезы, и я тяжело сглатываю скопившийся ком.
— Ну, ну, не нужно переживать.
— Скажите, а второе послушать можно?
— Секунду. Пытаюсь его уловить…
Снова сердце сковывает холодом. Меня бросает в пот от её слов.
— Пока не могу…
В голос врача проскальзывают нотки тревоги.
В кабинете воцаряется тишина, нарушаемая только моим тяжелым дыханием. Перевожу взгляд на Ярослава, он хмурится. Понимаю, что сейчас нуждаюсь в его поддержке. И он словно слышит, переводит на меня взгляд серых глаз. Отчетливо вижу в них то, чего так жду.
— Что там, доктор?
Его голос звучит хрипло и сдавленно, а я вообще дар речи теряю. Страх вплетается в каждую вену, не желая отступать.
— Подождите.
Проходит ещё долгая минута в ожидании. Ярослав все это время неотрывно на меня смотрит, и между нами будто протягивается тонкая нить. И я не хочу её разрывать.
Слышу вздох врача, и сердце комом падает вниз. Решаюсь отвести взгляд от Гаврилова и тут же жалею.
— Так, вы сейчас главное не волнуйтесь. Такое бывает, редко, но бывает. Сейчас я не могу уловить сердцебиение, но плод соответствует сроку, хоть по вам и не скажешь, что первый триместр уже позади. Оба плода развиты на свои одиннадцать недель. Вам придется приехать на обследование дней через пять, и