Беременна (не) от того стр. 56
плечами, не ощущая никаких эмоций. Я кончаюсь. Все, что держит меня на плаву, — это две крохи в животе.
— Посмотри на меня.
Нехотя поднимаю голову и натыкаюсь на взгляд, полный горечи.
— Мне очень жаль, что все так выходит. Но я не могу пока ничего изменить, могу лишь оградить тебя от всего этого дерьма.
Внезапно Ярослав разворачивается и со всей силы бьет кулаком в стену. Я подскакиваю от неожиданности и снова ощущаю, как живот наливается тяжестью. На автомате прикрываю его рукой и смотрю на Яра во все глаза. Он упирается ладонями в стену и опускает голову. Я не вижу его лица, но на уровне подсознания понимаю, как ему тяжело.
— Ульян, мне очень жаль, что все так вышло. Черт, я пытаюсь исправить ситуацию, но не все сейчас зависит только от меня. Пожалуйста, перетерпи этот момент.
— А потом?
Мое сердце рвется на части от неизвестности, которая маячит впереди. Все так зыбко, что под кожей распространяется холод.
— Что потом?
— Вот и я спрашиваю, Яр. Что потом? Безоблачное небо над нашими головами? Или твое окружение резко поменяется, и предатели просто растворятся в воздухе?
— Я надеюсь на безоблачное небо. По крайней мере, готов сделать для этого все.
Мотаю головой, прикрывая уставшие глаза. Головная боль уже нестерпима, но мне плевать. В груди начинается пожар. Боль проникает в каждую клеточку, а сердце колотится с такой скоростью, что приходится сложить руки на груди, только бы не лишиться чувств. Следующие слова окончательно разрывают сердце на части.
— Зачем ты только появился в моей жизни? Зачем…
Едва они слетают с языка, как я понимаю, что именно сказала. Сердце ухает вниз, и я прикрываю рот ладонью. Но уже вижу, как в серых глазах разливается стужа. И мне больно видеть такое. Ярослав закусывает губу, погружаясь в размышления.
— Да, без меня, наверное, было бы лучше. С Игорьком бы своим жила, да?
Рычит последние слова, разворачивается и, хлопнув дверью, уходит. Последние силы покидают меня, и я падаю на диван в гостиной. Сердце грохочет так, что, кажется, ребра сейчас не выдержат и треснут. Слышу, как от дома с визгом шин отъезжает машина. Прячу лицо в руках, глотая слезы. Но они не кончаются. Тело содрогается от рыданий. Даже не представляю, как долго продолжается истерика, но силы заканчиваются, и веки начинают тяжелеть. Я проваливаюсь в сон.
Когда просыпаюсь, за окном уже светит солнце. Глаза печет от пролитых слез. Провожу рукой по животу и с облегчением выдыхаю, понимаю, что он расслаблен. Значит, после всех волнений тонус спал.
Прислушиваюсь, но ничего не слышу. В доме по-прежнему никого нет, и я решаю обойти новое пристанище, чтобы отвлечься. Жалею только, что не успела узнать у Яра, когда он будет появляться здесь, и будет ли вообще. После того представления, которое я ему устроила. Сама сейчас не понимаю, зачем ляпнула ту фразу, и уже жалею о ней. Усталость, нервы и неизвестность сделали свое черное дело. Умом я сознаю, что он старается сделать все правильно, но порой эмоции побеждают, и я расхлебываю последствия.
А сейчас начинаю сознавать, что мне будет полезно оказаться вдали от городской суеты. Да и территория здесь позволяет гулять сколько душе угодно. В окно