Беременна (не) от того стр. 86
меня сейчас называть «любимой». Скорее всего, просто ошиблись номером и писали не мне.
— Петр, что там от Ярослава Петровича ничего не слышно?
По-хорошему он уже мог приехать. Как раз в этот момент дверь в клинику распахивается, и влетает Ярослав.
— Ну что, пойдем?
Моя рука тонет в его ладони, но я продолжаю стоять на месте. Ярослав смотрит на меня удивленным взглядом.
— Я что, опять опоздал?
В его голос просачивается беспокойство.
— Нет. Просто врачу срочно нужно в другую больницу, а я приехала раньше, и она меня приняла.
Ощущаю укол вины, но прогоняю это ненужное чувство.
— И что? Все хорошо с детьми?
С каждым разом меня все сильнее трогает его безмерная забота обо мне и детях. Я вижу, как мы ему важны, и просто надеюсь, что это не самообман с моей стороны.
— Яр, все хорошо, — сжимаю его ладонь, — и со мной, и с детьми.
— А…
Хоть он и не договаривает, я прекрасно понимаю, что он имеет ввиду и улыбаюсь во все тридцать два.
— И пол сказали, — прикусываю на секунду губу, чтобы не засмеяться, — я даже не успела возразить.
— Ну?
Ярослав чуть ли не трясется от нетерпения и притягивает меня к себе.
— У нас будут девочки.
— Обе?
Этот вопрос заставляет радость немного развеяться. И
я внимательно всматриваюсь в его лицо. Нет, там было не разочарование. Что-то другое.
— Да, две девочки.
Ярослав бросает беспомощный взгляд мне за плечо, будто ищет поддержки у Петра. Только не могу понять, чем тот может ему помочь.
— Ярослав, ты не рад?
Голос надламывается, и я боюсь услышать ответ. Гаврилов хмурит брови и снова переводит взгляд серых глаз на меня.
— С чего ты взяла, что я не рад?
— Ну, просто ты выглядишь таким, — делаю паузу и пытаюсь найти нужное слово, — растерянным. Вот я и подумала…
Яр фыркает и обхватывает мое лицо ладонями.
— Выброси этот бред из своей прелестной головы. Я безумно рад девочкам. Просто, ну… — он понижает голос до шепота, который слышу только я, — с пацанами-то я справился бы. А с девочками как? Я не знаю, Уль.
Меня начинает трясти от сдерживаемого смеха и приходится закусить изнутри щеку, чтобы не задеть чувства будущего папочки.
— Как и все другие отцы, Яр.
— Ты же помнишь, что я сирота, да?
Это напоминание посылает по всему телу волну боли. Горечи за него. В его голосе уже бушует паника, и я спешу подавить её.
— Конечно, я это помню, но не вижу связи. Ты замечательный. Ты будешь прекрасным отцом, я уверена.
Все это нашептываю в ответ. Боюсь, что нас кто-то подслушает, а мне это ни к чему. Ярослав моргает, и передо мной снова стоит собранный мужчина.
— Ладно, поехали домой.
На улице стоит Рус и что-то обсуждает с Владом. Они бросают на нас взгляды, и Руслан кивает головой в знак приветствия. Его взгляд прожигает во мне дыру, и мне становится некомфортно. Колючий и цепкий, он словно пытается рассмотреть во мне то, чего нет.
— Ну что, поехали, парни? Рус, ты на сегодня свободен.
— Папку заберешь?
— Какую ещё папку?
Мужчины перекидываются загадочными фразами, пока я усаживаюсь на заднее сиденье.
— А, — Яра осеняет догадка, — да, давай её сюда. Спасибо, что напомнил.