Бешеный куш стр. 31
Конечно, он помнил про миллион сорок тысяч долларов, которые они вместе с Аллой нашли на яхте, в тайнике за телевизором. Перед отлетом Алла как-то туманно сказала ему о том, что, хоть она и положила эти деньги на свой счет, это отнюдь не значит, что деньги будут принадлежать только ей. Ясно, он тогда не придал этим ее словам никакого значения. И довольно скоро о них забыл.
Если речь действительно идет о тех самых одном миллионе сорока тысячах долларов — это не его деньги. Это деньги Глеба.
Еще раз прочитав письмо, спрятал его в конверт. Подумал: хорошо, завтра, когда он поедет к Гущину, он возьмет это письмо с собой.
Глава 12
Письмо, которое Седов показал ему утром, Гущин прочел несколько раз. Покончив с листком, занялся изучением конверта.
Наконец сказал:
— Штемпель на конверте видел?
— Видел. Судя по штемпелю, из США письмо было отправлено двадцать три дня тому назад.
— Вот я про то и говорю. Ты уже давно должен был ответить.
— Ответить — что?
— Что ты вылетаешь. — Вложив листок в конверт, Гущин протянул его Седову. — Держи.
Седов положил конверт на стол.
— Вы считаете, я должен вылететь?
— Обязательно. Причем вылететь немедленно. И получить деньги, о которых сообщается в письме.
— Но… — Седов посмотрел на Гущина. — Я ведь даже не знаю, что это за деньги.
— Так уж и не знаешь? Ты ведь рассказывал о миллионе сорока тысячах долларов, которые Довгань оставил Алле? И которые она положила на свой счет.
— Рассказывал.
— Скорей всего это те самые деньги.
— Возможно.
— Вот и получи их.
— Виктор Александрович, но я не могу получить эти деньги.
— Почему?
— Они принадлежали Довганю, а Довгань оставил их Алле. Это не мои деньги.
— Понимаю, Юра. Очень хорошо все понимаю. — Гущин довольно долго смотрел на него. — А теперь послушай меня. Послушай внимательно. Мы с тобой, помимо всего прочего, юристы и понимаем, что, раз ни Довганя, ни Аллы уже нет, речь в первую очередь должна идти об их наследниках и родственниках. Но у Довганя наследников и родственников не осталось, ты мне говорил об этом сам.
— Но остались родственники Аллы.
— Объясняю все, что касается родственников Аллы. Как ты думаешь, Алла рассказала отцу о том, что она несколько месяцев жила с Довганем фактически на правах жены?
— Не знаю. Могла рассказать, а могла и не рассказать.
— Согласен. Но узнать об этом уже после смерти дочери ее отец ведь мог вполне?
— Да, конечно.
— Но даже если он не узнал об этом, он легко мог определить, что миллион сорок тысяч долларов, о которых мы
ведем речь, появились на счету его дочери после того, как она вернулась из России. Так?
— Так.
— Он, Джеймс Стюарт, конгрессмен, знает что-нибудь о происхождении этих денег, миллиона сорока тысяч долларов, привезенных из России?
— Нет, конечно. Сама Алла не знала об этом.
— А теперь подумай сам. Вспомни лекции по зарубежному госустройству, которое ты проходил в академии.
— Я их помню.
— Если помнишь, то должен знать, что члены правительства и законодательных органов США, каковым является и Джеймс Стюарт, обязаны регулярно ставить в известность определенные инстанции, в первую очередь комитеты конгресса, об источниках своих доходов. Нужно ли Джеймсу Стюарту, чтобы кто-то обнаружил, что на