Бешеный Лис стр. 361
в себя воздух и так же тихо ответила:
– Сядь, Мишаня, нога-то у тебя…
– Ничего, не больно… почти…
– Больно, я чувствую… садись, садись…
Волхва отерла уголком платка глаза, выпрямилась и уже совсем другим голосом распорядилась:
– А ну! На стол собирать! Ужинать пора!
Каждый, кроме самых маленьких, занялся своим делом, чувствовалось, что внучата давно приучены к определенному порядку. Мишка опустился на лавку и почти сразу же почувствовал правым ухом горячий шепот Красавы, воспользовавшейся тем, что Нинея отвлеклась к печи:
– Ты зачем бабулю ворожил? Она тебя и так любит.
– Ничего я не ворожил… – попытался, так же шепотом, оправдаться Мишка. – Да и не умею я…
– Врешь, я видела! – безапелляционно заявила Красава. – Но ничего, я на тебе все равно женюсь!
Внучка волхвы упорхнула, а Мишка так и остался сидеть в состоянии столбняка.
«Здрасте, приехали! Мало мне одной невесты от деда, так еще и эта на меня глаз положила! Еще и к бабке приревновала, обалдеть! Примите мои поздравления, сэр Майкл, вы идете у дам нарасхват, как колбаса в горбачевские времена! Ребенок, конечно, еще, а вдруг не передумает? Ведь и замочить из ревности может запросто. Ну влип!»После ужина ребятня шустро прибрала со стола и, повинуясь Нинеиной команде, отправилась спать. Ни капризов, ни возражений. К величайшему Мишкиному удивлению, Роська вместе со всеми поплелся за занавеску, где располагались полати.
«М-да, на коротком поводке Нинея ребят держит. Привыкнут, как без нее обходиться станут?»Мишка и Нинея остались сумерничать вдвоем. Волхва поставила на стол подаренные Мишкой подсвечники, зажгла свечи, села напротив, подперев щеку кулаком.
– О чем задумался, Мишаня?
– О детишках твоих, баба Нинея.
– И что ж думаешь?
– Да вот подумалось мне: привыкнут они, что ты за них думаешь и решаешь, каждый шаг их стережешь, как потом жить будут?
– Так, как ты их научишь. Я не вечная, а кроме как на тебя мне их оставить не на кого. – Нинея вздохнула и неожиданно предложила: – Можешь прямо сейчас начать. Хочешь?
– Хочу, но не могу. Но и не думать про это не могу тоже. Не сердись, ты спросила, я ответил.
– Можешь, уже сейчас можешь, но я подожду. Сколько-то лет еще подожду, но уж воспитывать ребят буду, как умею. – Волхва выдержала паузу, показывая, что тема закрыта, потом спросила: – Ты ведь еще о чем-то узнать хотел?
– Скажи, нет ли какой-нибудь сказки или истории… неважно – правда или вымысел. В общем, что-то про взрослого, живущего в теле ребенка. И это должно быть страшно, страшная история.
– Вот оно как… Взрослый в ребенке. – Нинея ненадолго задумалась. – Есть такая сказка, а может – быль, кто ж знает?
– Расскажешь?
– Что ж не рассказать? Была у одной ведуньи ученица. Плохая была ученица. То ли ленилась, то ли дар у нее слабый был, хотя бывает, что и учитель негодный попадается. Всякое бывает. Выгнала ее ведунья, не стала дальше учить. Пошла девка домой и уже почти дошла до дому, как видит, степняки в сторону ее веси пробираются. Побежала она, хотела короткой дорогой через лес пробраться, да заметили ее степняки и подстрелили. Лежит она со стрелой в спине, чувствует, что умирает. «Что за жизнь у меня? – думает. – Всего два дела у меня важных