Бесконечное пламя стр. 13
которыми ухаживал Хэмиш.
Сердце у Сидры заколотилось.
– Он заразился порчей от деревьев, от духов, – с трудом проговорила она.
Торин встретил ее взгляд. Глаза у него покраснели. Его бороду тронула седина, несколько седых прядей было и на голове. В этот миг он казался старым и печальным, и Сидра взяла мужа за руку.
– Да, – прошептал Торин, – я тоже так думаю.
– Как ты считаешь, это связано с музыкой Джека?
Торин задумался. Сидра почти читала его мысли.
Когда Торин стал лэрдом, Джек поведал им обоим, что Лорна Тамерлейн в свое время каждый год играла для духов моря и земли. Она возносила им хвалу, и Восток процветал, а раз теперь Джек стал бардом клана, он продолжит ее традицию. Лэрд и бард хранили эту тайну из уважения к бессмертным, но утаить ее от Сидры было бы невозможно, потому что она уже заподозрила, что Джек поет духам. После этого ему всякий раз становилось нехорошо.
– Он пел духам земли и моря месяц назад, когда они с Адайрой искали девочек.
– А еще он играл ветру, из-за чего несколько дней свирепствовала буря.
Торин поморщился.
– Так, может, мы чем-то не угодили северному ветру?
– Может быть, – ответила Сидра. – Но я хочу сама взглянуть на сад.
– По-твоему, ты найдешь там ответы, Сид?
Девушка открыла было рот, чтобы что-то сказать, но задумалась. Ей пока не хотелось давать никаких надежд. Пока она сама лишь нащупывала, в чем дело.
– Не знаю, Торин. Но мне начинает казаться, что порча – симптом чего-то куда более тревожного, и только духи пораженных деревьев знают ответ. А значит…
Торин вздохнул и, откинув голову, уставился в потолок.
– Нужно, чтобы Джек снова спел для духов земли.
2– Вот дерьмо!
Джек поскользнулся на коровьей лепешке. Он едва не потерял равновесие и взмахнул руками, чтобы удержаться на ногах, и лишь потом заметил, что младшая сестренка смотрит на него широко открытыми глазами. Фрей застыла на месте, словно бранное слово пригвоздило ее к грядке.
– Я совсем не то хотел сказать, – поспешил успокоить ее Джек. Но врать у него никогда не получалось. Весь день был дерьмовым, как и весь прошедший месяц, и они с Фрей пытались прогнать соседскую корову, не растоптав весь огород.
Корова замычала, снова завладев вниманием Фрей.
– О нет! – воскликнула девочка, увидев, что незваная гостья начала топтать бобы.
Джек посторонился, чтобы погнать скотину к открытой калитке. Она запаниковала и развернулась, ломая стебли, и Джеку не осталось ничего иного, как снова наступить в навозную лепешку, чтобы перекрыть животному путь.
– Джек!Он обернулся направо, где на выложенной камнями дорожке стояла Мирин, держа в руках полоску клетчатой ткани. Ему не нужно было спрашивать зачем – он взял ленту у матери из рук и погнал корову на задний двор.
Совершив еще несколько хитрых маневров, Джек наконец набросил ленту корове на шею, соорудив нестрогий поводок. Оценив ущерб, он вздохнул. У Фрей был измученный вид.
– Все будет хорошо, сестренка, – сказал он, потрепав ее по подбородку.
Совсем скоро, зимой, Фрей должно было исполниться девять, но она уже подросла с тех пор, как всего месяц назад Джек впервые увидел ее. Выросла уже на целую ладонь, и он гадал, догонит ли она его.
Пока мама