Бесконечное пламя стр. 4
если Вереск решит исполнить приказ Бэйна, люди и духи земли все равно пострадают. Большинству бессмертных было очевидно, что северный ветер чувствует угрозу от духов земли, самой сильной стихии после него самого. Вереск часто отказывалась выполнять глупые требования тирана. Она не боялась его, не трепетала, когда он разил молнией или порчей, и Кая не могла не восхищаться ею.
– Ты боишься Леди Вереск из Полевых Цветов, повелитель? – безрассудно выпалила она.
Кая и глазом не успела моргнуть, как Бэйн резко ударил ее по лицу. От удара она покачнулась, но устояла, только в глазах защипало. В ушах у нее загудело – она сама не понимала, от наплыва собственных мыслей или от шуршания крыльев спасающихся бегством придворных.
– Ты отказываешься доставить мое поручение, Кая? – спросил Бэйн.
Кая на мгновение представила, как отнесется к этому приказанию Вереск. Представила крайнее отвращение на лице Леди и то, как вспыхнут ее глаза. Это поручение бесполезно, потому что Кая знала: Вереск не станет морить Джека голодом. Она откажется не только из вызова Бэйну, но еще и потому, что музыка Джека давала им искру надежды, а если он покинет Каденцию, их запретные мечты рассыпятся в прах.
– Отказываюсь, – прошептала Кая, взглянув в сверкающие глаза Губителя. – Найди себе другого гонца.
Она отвернулась, опьяненная силой своего открытого неповиновения.
Но не нужно было обольщаться.
Только что она стояла. А в следующий миг Бэйн создал у нее под ногами пропасть, черную как ночь, зияющую пустотой. Он удерживал Каю над обрывом: она не могла ни пошевелиться, ни вздохнуть, только думать и смотреть в чернильно-черную дыру, куда вот-вот провалится.
И все равно ей не верилось, что он сделает это.
– Я изгоняю тебя, Кая из рода Северных ветров, – провозгласил Бэйн Губитель. – Отныне ты не мой избранный гонец. Ты – мой позор и бесчестие! Прочь на землю, к смертным! Ты же их так любишь. А вздумаешь вернуться ко двору… придется исхитриться, малышка. После столь низкого падения непросто подняться.
Спину пронзила боль. Кая закричала. Никогда прежде она не испытывала такой страшной муки – ее обожгло, будто между лопаток ей угодила звезда. И она не понимала, в чем дело, пока Бэйн не встал перед ней, держа в руках два ее правых крыла, изодранных и обвисших.
Два ее крыла! Цвета вечерней зари, растворяющейся в ночной тьме. Ее собственного оттенка, какого ни у кого больше не было. Сломанные, украденные. Безвольно болтавшиеся в руках северного властелина.Бэйн расхохотался при виде выражения ее лица.
Кая почувствовала, как по спине горячей густой струей потекла кровь, испуская сладковатый аромат, стекая по доспехам на ноги и капая с босых пальцев в пропасть золотистыми каплями.
– Прочь, землепоклонница! – пророкотал Бэйн, а оставшиеся придворные – все эти духи с острыми зубами, жаждавшие полюбоваться ее погибелью, – смеялись и громко радовались ее изгнанию.
У нее не было сил сопротивляться его хватке, отвечать на его насмешки. К горлу подкатывала боль, комок слез и стыда, и Кая рухнула в пропасть в облаках, в холодное ночное небо. Зная, что правых крыльев нет, она все равно попыталась подчинить себе воздух и парить на левых.
Кая болталась и переворачивалась вниз головой, будто неуклюжая смертная, кувыркаясь с облака на облако.
Наконец