Бесноватый Цесаревич-4 стр. 205
лет прослужил как раз интендантом и достиг определённых успехов. Вернее, он очень хорошо зарекомендовал себя во Владимирском пехотном полку. Параллельно написал несколько весьма грамотных докладов про улучшение работы снабжения армии и злоупотреблениях коллег с командованием. Начальство Егора Францевича не ценило и старалось задвинуть куда подальше. Я же вспомнил эту фамилию и постарался продвинуть толкового человека. Пусть покошмарит армейских воров, а далее посмотрим. Генерал-интендант у нас сейчас Аракчеев, ведомство которого я подкрепил парочкой грамотных специалистов. Алексей Андреевич человек честный, но весьма ограниченный, поэтому надо его немного направлять и контролировать, дабы не наломал дров. Но к его чести, за дело генерал взялся туго и начал наводить порядок железной рукой.
В итоге критическая масса недовольства моей персоной превысила все мыслимые пределы, и мы с Александром приняли решение, что я отправляюсь в кавказскую армию. Заодно проведу инспекцию городов, которые расположены на пути моего следования. Должность канцлера Империи осталась при мне, а Кабмин временно возглавил министр финансов Николай Румянцев. Фигура компромиссная, но человек толковый, для этого времени уж точно. Но сначала у нас состоялся весьма неприятный разговор с Ростопчиным.
Кабинет Императора в Зимнем не отличался особой изысканностью. Думаю, Александр никогда не признается, но внешний вид обстановки он скопировал у меня. Современный письменный стол, приставка для докладчиков, шкафы с книгами и папками, пара кресел, одно из которых заняла Лиза. Весьма скромные обои, отсутствие лепнины, на стенах картины наших предков с родственниками.
Министр иностранных дел был собран и не показывал, что нервничает. Хотя прекрасно понимал, что вызвали его на малый круг, не просто так. Я особо раскачиваться не стал и сразу задал интересующий вопрос.
—Скажите, Фёдор Васильевич, вы хотя бы немного следите за деятельностью своих подчинённых?
Такого вопроса новоиспечённый граф точно не ожидал. Он наморщил свой высокий лоб и пытался понять о чём речь. Я решил подсказать министру, дабы не терять время.
—Этот бывший переводчик Лашкарёв[5] или как там по-грузински звучит его фамилия. Вы же приблизили его к себе и назначили ответственным за кавказские дела?
—Сергей Лазаревич искусный дипломат, имеющий большие заслуги перед державой, и имеет чин тайного советника. Ещё он хорошо знает турецкий и персидский языки, знаком со многими османскими вельможами и является очень полезным человеком.
—Тогда как вы объясните неудачную попытку заключить мир с Персией? Это было ключевой задачей, возложенной на МИД. Прошло почти два года, а с учётом начавшихся переговоров ещё при моём отце, целых пять или шесть.
—Уж больно сложный процесс, Ваше Высочество, — Ростопчин уже был в своей тарелке и начал поучать нас менторским тоном, — Россия наделала огромное количество ошибок в отношениях с этим государством. Ненужная война, закончившаяся, по сути, ничем, сделала нас непримиримыми врагами. Более того, мы потеряли несколько союзников, которые оказались один на один с персами, после ухода русских войск. А нерешительные действия в Картли-Кахетии, когда мы отказали тамошнему правителю в покровительстве, были восприняты магометанами как слабость. Есть ещё много мелких причин, но всё это вместе мешает заключить мир на приемлемых условиях.
—Озвученные вами причины понятны. Только при чём здесь Грузия, где базируется русский корпус, игнорировать который не могут даже персы? Ладно, не буду ходить вокруг да около. Вот,