Бесноватый Цесаревич-4 стр. 36
камарильей, поэтому по возвращении в Россию буду просить отставку.
Что-то подобное и было в моём времени. Сначала Павел всячески обласкал Суворова, но затем резко изменил своё мнение. В результате ссылка и смерть величайшего русского полководца. Необъяснимый идиотизм даже по меркам моего папахена.
—Не дадут вам спокойно уйти в отставку, Александр Васильевич. Здесь не только камарилья, но и собственное отношение моего отца к людям. Он не простил вам пассажа про прусскую форму. Слишком мелочен, хотя и не завистлив, вот такой парадокс. Ваши великие победы он ценит и считает заслугой Империи. Но при этом может придраться к пылинке на мундире и сослать в Сибирь.
Суворов понял мои слова по-своему и резко переменился в лице. Добренького дедушку заменил демон войны с весьма колючим взглядом. Наверняка он что-то знает о готовящемся заговоре, тем более что одним из участников является его зять. А дочка генералиссимуса никогда не отличалась особым умом и могла чего-нибудь такое написать отцу. Или просто знает настроения некоторых офицеров, особенно гвардейских.
—Я верный слуга Его Величества и никогда не пойду на измену присяге! Прошу впредь не вести со мной подобных бесед, Ваше Высочество.
—Так и я имел в виду совсем другое. Наша идея с генштабом должна быть доведена до ума, — отвечаю совершенно искренне, — Я даже в мыслях не думал о покушении на власть своего батюшки. Нам нужно делать дело. Вы блестяще провели итальянскую и швейцарскую кампании. Но это не только повод для гордости, а причина задуматься о недостатках нашей армии. Если вас усиленно пытаются спихнуть в деревню, то я считаю, что вы просто обязаны настаивать на назначении вас главой генштаба. Пусть всякая придворная шваль думает, что это синекура. Ваша прямая задача подготовить себе грамотного преемника и выработать структуру управления всеми русскими армиями. Мы уже обсуждали задачи генштаба, не будем повторяться. Терять опыт такого человека, как Суворов я считаю форменным преступлением перед Россией и здравым смыслом.
По мере понимания моих слов лицо командующего разглаживалось и его глаза покидал безумный блеск. Меня этим не напугать, я сам псих и камикадзе, но внушает чёрт побери.
—Прошу прощения за резкие слова. Просто настроения в обществе и армии весьма неоднозначные. И есть силы, которые весьма недовольны действиями вашего батюшки. Вот мне и почудилось, что вы склоняете меня к измене. Что касается генштаба, то мысль дельная. Да и заместитель уже готов. Генерал Ребиндер Максим Владимирович отличается не только личной храбростью, но весьма образованный человек. Именно он стоял за составлением диспозиции битвы при Нови. А самое главное он хорошо разбирается в армейском хозяйстве. Если бы не его смекалка, то мы бы просто померли с голоду в Альпах.
Замечательно, что Васильич всё продумал. Хотя это я щенок мню здесь себя самым умным и знающим. Думаю, мои первоначальные и дилетантские идеи генштаба давно проанализированы. Более того, уже готова новая структура, которую я и не узнаю. Нужно же учитывать местные реалии, с которыми я знаком весьма поверхностно. А если дело возглавил такой человек как Суворов, то там всё продумано до мелочей. Лишь бы в новую структуру не полезла всякая сволочь. Но здесь уже моя работа, чтобы не допустить подобного.
—