Бесноватый Цесаревич-5 стр. 75
подданные, быстро улетучился. Его уже не так волновали мои рассказы и пояснения об общей экономической и политической обстановке в крае. А ведь регион стоял на пороге грандиознейших перемен. Я как мог, готовил их и усиленно проталкивал через Госсовет более пяти лет. И мнение Императора, обоснованное на знании реального положения вещей, были крайне важно. Александр же как-то отстранился. Он не посещал именья богатых помещиков, останавливался в походном лагере и где-то даже чурался излишнего внимания к своей персоне. Основные мероприятия по чествованию русской армии были намечены в Витебске, вот туда мы методично двигались. Братец видать совсем переключился на иную тему, а в душу я ему лезть не собирался.
Если поначалу он знакомился с бытом крестьян, религиозной атмосферой полнейшего доминирования католиков и даже сочувствовал убогому виду белорусского мужика, то потом, как отрезало. Вектор его приоритетов переместился на армию. Периодически брата посещали генералы, с которыми он вёл пространные беседы о трудностях и перспективах нового похода.
В принципе, всё было в рамках утверждённых реформ, но меня начинали мучить некие сомнения. Война выиграна, Россия ценой грамотного мирного договора добилась очень многого. Сейчас надо бросить все силы на экономику и восстановить пошатнувшиеся финансы. А уже через два года решить османский и шведский вопрос. С теми же северянами я бы тоже попробовал договориться — после показательного разгрома от французов, им просто нечего противопоставить русской армии. Но, похоже, наш полководец-трусишка пережил унижение и решил поднять свою пошатнувшуюся репутацию молниеносной и победоносной войной. Мои вопросы он старательно обходил и больше отговаривался общими фразами. Плохо, что и окончательного указа на перетряску Белоруссии он пока не утвердил.
А ведь были ещё проблемы. Вернее, потенциальные непонятки в будущем, так бы я это назвал. И здесь брат тоже проявлял какой-то нездоровый инфантилизм. Мысленно возвращаюсь в трактир, где у меня произошёл конфликт с одним из Радзивиллов, который мы посетили по пути в Витебск. Эх, как быстро летит время.
—И это ты называешь корчмой? — хохотнул Александр и перешёл на отлично прожаренную свинину с картошкой.
Да, бывшая неплохая забегаловка превратилась в весьма обширный караван-сарай, вокруг которого уже раскинулся целый посёлок. Внутри было два специальных комплекса — один для купцов с фурами и что-то наподобие гостиницы с рестораном для чистой публики. Вокруг кипела жизнь и было видно, что дела у хозяев идут весьма неплохо. Ресторацию явно скопировали с питерского заведения, добавив местного колорита. Но столы со скатертями, чистые стены с керосиновыми лампами, широкие проёмы, кадки с растениями и полное отсутствие запахов с кухни создавали весьма приятную атмосферу. Организаторы умело использовали трафик, который шёл между Луцком и Брестом. А край явно развивался. С момента моего отсутствия изменилось многое и точно в лучшую сторону. Не знаю как на этом скажется наличие нового польского государства и куда потянет поляков. Пока же они неплохо разбогатели на снабжении армии и открытии сбыта хлеба в южные порты. Зерно нужно не только голландцам, турки весьма активно его скупали даже во время войны, впрочем, как и австрийцы.
—Сам поражён, — отвечаю брату и окидываю взглядом зал.
Мы заняли отдельный столик у окна. Рядом села небольшая свита брата и мои офицеры. За большим столом расположились разного