Без проблем! стр. 9
объект? – спросил Дорохов.
– Вот этого тебе знать не нужно, – ответил собеседник со смешком. – Чтобы не волноваться заранее. Могу только обещать, что объект тебе понравится.
– С талоном или без талона, если твой будущий жмурик по учетам не проходит, как минимум уволят, – сказал Дорохов. – А после этого, без прикрытия, меня твои дружки прикончат. Ты это и сам прекрасно знаешь.
– Мои дружки тебя не тронут, – возразил собеседник, интонацией выделив слово “мои”.
– Твои или не твои – все равно. На меня многие зубы точат.
– А тюрьма за взятку лучше? – удивился собеседник. – Думаешь, ты там дольше проживешь? Да и вообще не понимаю, чего ты дергаешься? Говорю же тебе, что при нем будет ствол. Неужели не сумеешь отбрехаться?
– Такой же ствол, как у сегодняшних пацанов, которых вы мне подставили?
Собеседник довольно захохотал.
– Нет, ствол будет нормальный, я тебе гарантирую. Если будешь хлебалом щелкать – неизвестно еще, кто кого завалит. И вот что я тебе хочу сказать напоследок, мент, – голос в трубке приобрел почти участливые нотки. – Ты, вообще, особо не вибрируй. Место в твоем ментовском городке и купить можно. Бабки получишь, не сомневайся. К тому же подскажем, кого конкретно надо подмазать. Ты что думаешь, там одни ваши беспорочные пенсионеры живут?
Отвечать Дорохов не стал. Он знал, что
собеседник прав. В спецгородке действительно жили разные люди. О том, как и кто туда попадает, в Управлении ходило немало слухов.
– Так ты что решил, Дорохов? – услышал он вопрос.
– Если ты мне кого из наших решил подставить или, не дай бог, депутата, я…
– Да ты что! – изумление собеседника было абсолютно искренним. – У меня и в мыслях не было! Я же говорю: не пожалеешь.
– Втемную все равно работать не стану, – твердо сказал Дорохов.
– И не надо, – подхватил собеседник. – Все узнаешь. Только в свое время. Мне важно, чтобы ты в принципе согласился.
– Подумать надо.
– Думай, – разрешил собеседник. – Но только до утра. Больше, сам понимаешь, у тебя времени не будет. А утром я с тобой пересекусь…
Зазвучали сигналы отбоя, и Дорохов медленно положил трубку на рычаг. Думать, в сущности, было не о чем. В его положении альтернативы не существовало.
Тихо скрипнула дверь комнаты, и в коридор выглянула жена. Туман в ее глазах подсказывал, что она уже приняла снотворное.
– Кефир купил? – вяло спросила она.
– Все нормально, – ответил Дорохов невпопад.
– Я так устала, – сказала жена. – Я устала бояться. Вчера женщину из соседнего подъезда наркоманы искалечили. Ты говорил, что к Новому году нас переселят в спецгородок. Ты же обещал!
– Переселят, обязательно переселят, – Дорохов сейчас тоже очень боялся того, что жена начнет на ночь глядя спор, который неизбежно перетечет в скандал. – Рапорт у меня приняли, комиссия скоро будет снова рассматривать…
По президентскому Указу в охраняемый спецгородок рядовых оперов переселяли только по выходе на пенсию. И только в исключительных случаях – в связи с реальной угрозой для жизни со стороны криминалитета – переселение могло состояться раньше. Но степень угрозы определяла комиссия Управления. Насчет рапорта Дорохов соврал. До полной выслуги ему оставалось еще восемь лет, он обращался в комиссию с рапортом о досрочном переселении дважды и в последний раз получил отказ всего неделю назад. Но объяснять все это жене в