Безусловная директива стр. 113
базы уровня Б-2 крошечного трюма корвета просто не хватит.
Все эти размышления были, конечно, очень полезны, но я отдавал себе отчет в том, что пока мы никуда лететь просто не готовы. «Харгейса» показала себя очень неплохим кораблем, однако с по-настоящему серьезным противником она если и сталкивалась, то только в режиме бегства от него. Низкая маневренность, невысокая скорость и большие размеры делали модернизированный войсковой транспорт уязвимым. Даже если бы удалось что-то сделать с его двигателями, он всё равно подходил бы только для решения вспомогательных задач. Без серьезного эскорта любой полет «Харгейсы» мог закончиться очень печально, а полноценных боевых кораблей у нас было всего три, да и то с учетом еще не введенного в строй «Корсара-35».
Ко всему прочему, я не очень понимал, как обосновать Зыкову и Анне саму необходимость полета в систему Рифа. Они-то понятия не имели ни о какой базе проекта «Выживание расы». В конце концов, я решил задать Лису прямой вопрос о возможности сообщить им эту информацию и получил ответ, вполне ожидаемый по содержанию, но немного удививший меня по форме.
– Оператору настоятельно не рекомендуется разглашать третьим лицам любую информацию, связанную с проектом «Выживание расы», – явно цитируя какую-то инструкцию, произнес Лис, – Исключение может быть сделано только в случае крайней необходимости. Например, при прямой угрозе жизни оператора. В этом случае информация может быть предоставлена третьему лицу лишь в объеме, минимально необходимом для предотвращения возникшей угрозы. Каждый подобный случай будет отдельно рассматриваться и оцениваться эвристическим алгоритмом протокола «Выживание расы». По результатам этой оценки возможен пересмотр статуса оператора в сторону снижения его уровня доступа к объектам проекта вплоть до полного отказа в доступе.
– Вот спасибо тебе, добрый алгоритм, – выданная Лисом информация радости мне, естественно, не принесла. В переводе на нормальный язык и применительно к моей ситуации это должно было звучать примерно так: «Ты можешь, конечно, попробовать рассказать Зыкову, зачем тебе нужно попасть в систему Рифа, но по итогу необходимость лететь туда, скорее всего, отпадет сама собой».
В общем-то, создателей эвристического алгоритма даже можно было понять. В неконтролируемом распространении информации о проекте они были крайне не заинтересованы. Вот только легче мне от этого не становилось.
Обдумав несколько вариантов легенды для Зыкова и отбросив их за явной непригодностью, я решил пока сосредоточиться на том, что мне пришлось бы делать в любом случае, а именно на подготовке кораблей к дальней и опасной экспедиции. Оснований для этого у меня имелось более чем достаточно. Заканчивать ремонт и модернизацию «Корсара» и «Тортуги-46» нужно было в любом случае. Тут у контр-адмирала не могло возникнуть никаких вопросов.
Создать на основе найденного нами оборудования производственную линию по выпуску торпед для «Харгейсы» и «Корсара» я тоже собирался независимо от того, отправимся мы куда-то или нет. Без этого оружия высовываться за пределы зоны гравитационного ограничения Бриганы мне бы всё равно никто не позволил. Ну, а где торпеды, там и новая модификация «Сюрикенов», неплохо показавших себя в двух последних боях.
Да и других дел у меня хватало. Одна только история с доктором Ли требовала немало внимания, а если учитывать еще и то, что мне приходилось несколько часов в день тратить на изучение баз знаний, добытых