Библия, которую читал Иисус стр. 2
тревожит. Когда я сделал это, Псалтирь превратился в мою самую любимую книгу. В хоре составивших его голосов мы можем различить все интонации, какие только могут возникнуть при общении с Богом.
Каким образом книга Екклесиаста оказалась включенной в Библию? Я давно ломал себе голову над этим вопросом. Особенно в те периоды жизни, когда сам был близок к циничному мировоззрению этого не слишком религиозного автора. Что же касается пророков, то мне с самого детства приходится «приходить в себя» от проповеднического злоупотребления этими таинственными книгами. Теперь я пишу о них, потому что хочу их постичь.
*С некоторым сожалением я должен отказаться от обсуждения многих трудностей и проблем, с которыми сталкиваются люди, читая Ветхий Завет. К примеру, в Ветхом Завете есть по меньшей мере шестьсот сцен насилия, многие из которых инициированы Самим Господом. Как же нам сочетать это с проповедью ненасилия, исходившей от Иисуса, Сына Божьего? Я готов был оставить все остальные темы и заняться исключительно этой. Однако в таком случае у меня получилась бы совсем другая книга. Я же пишу не ради ученой дискуссии и не ради апологии, а скорее ради более глубокого познания самого себя. К тому же этими проблемами уже немало занимались более опытные исследователи, чем я.
И все же
я должен сделать еще два замечания. Во–первых, я считаю Ветхий Завет прежде всего реалистическим произведением. Когда я смотрю драму, подобную «Макбету» или «Королю Лиру», или же такой фильм, как «Крестный отец» или «Спасти рядового Райана», я сталкиваюсь с миром зла, насилия и мести. Страдания трогают меня, потому что я узнаю свой собственный, полный насилия мир — будь то закоулки Чикаго или поля сражений в Европе и Азии.
В школе подростки стреляют друг в друга. Террористы взрывают дома и самолеты. Полицейские избивают людей, закованных в наручники.
Ветхий Завет изображает мир таким, какой он есть, ничего не скрывая. На его страницах вы найдете повести о страстной любви и мести, ужасающие рассказы об изнасиловании и расчленении трупов, хладнокровный отчет о похищении людей и продаже их в рабство, достоверное изображение войны с ее благородными подвигами и подлым предательством. В Ветхом Завете нет ничего скромного и опрятного. Сластолюбцы вроде Соломона и Самсона приобретают сверхъестественный дар, а на долю безукоризненно хорошего человека, Иова, выпадают одни лишь страдания. Сталкиваясь со всеми этими катастрофами, мы можем возмутиться или отвернуться от Бога, Который так или иначе к ним причастен. Но волшебство Ветхого Завета заключается в том, что он допускает любую реакцию. Бог предвосхищает наше недоумение и включает его в Священное Писание.
В книге «Дивная благодать» Кэтлин Норрис прекрасно описывает эту проблему:
«Ныне многие люди чувствуют, что в их жизни чего–то недостает. Они испытывают острое желание «чего–то еще», духовного прибежища, общности веры. Но обращаясь к чтению Библии, они в итоге отбрасывают ее от себя. Меня это ободряет. Мне это кажется хорошим исходным пунктом для установления отношений с Богом, открывающимся в Писании. Есть люди, которые отвергают Библию потому, что она во многих отношениях «негативна» — полна ненависти и насилия. Могу лишь надеяться, что на этом же основании люди воспротивятся и «развлекательному насилию» кинофильмов и телевидения, что будут произносить молитву всякий раз,