Битва в пути стр. 409
искупится… Но, может, от этого ему будет еще тяжелее?»
Она инстинктивно сильнее сжала его плечи. А он, почувствовав непривычную наполненность ее слов, не спал и думал о ней.
— Ласточка, как ты сказала мне только что?
— Я сказала: «Спи, мой любимый».
— Ты любишь меня? В самом деле любишь? А мне иногда кажется…
— Пусть тебе ничего не кажется. Спи, мой хороший… Спи, мой любимый.
Он уснул крепким и сладким сном.
В этот день Катя с утра была в праздничном настроении: накануне муж привез ей коробку духов «Белая си-рень».
— В ларьке… возле обкома… попались… — смущаясь почему-то, объяснил он.
Последние дни он был особенно внимателен, и его внимание успокаивало ее. «Он семейный, преданный, — думала она. — Он все больше меня балует. Чего ж мне утром прибредилось?»
Она была счастлива его счастьем, его торжеством я тем покоем, который снова пришел в ее дом после долгих тревожных дней. Радостно готовилась к переезду а квартиру Вальгана — покупала новые абажуры, занавески, скатерти. Соседка сказала ей, что в магазине соседнего поселка продают наборы эмалированной посуды. Шел дождь, и час был поздний, но желание достойно оборудовать великолепную кухню Вальгана пересилило все Катины колебания. Она надела дождевик, отправилась в магазин и стала в очередь. Она дождалась счастливой минуты и перед самым закрытием магазина накупила кастрюль разных размеров и даже великолепное молочно-белое ведро с голубой каемкой. Пакеты с покупками были громоздки и неудобны, дождевик топорщился над ними, и Катя напоминала растопырившую крылья наседку. Такси на стоянке не было, Катя ждала, мокла и утешалась мыслью о том, как украсят ее покупки новую кухню.
Вечер от дождя и тумана казался еще сумрачнее. Зажглись первые фонари, а машины все не подходили к стоянке. Катя нетерпеливо вглядывалась в серую муть дороги. Из-за поворота выехал черный «ЗИС». Она узнала номер машины. Машина остановилась в полквартала от Кати, у большого здания с освещенным подъездом. Катя увидела, квадратную фигуру мужа. Он вышел и скрылся в подъезде. Катя заторопилась, но машина тут же развернулась и уехала другим переулком.
Катя растерянно остановилась на полпути. Что делать? Идти вслед за мужем? Должна же машина вернуться за ним! Но как войти в учреждение со своими кастрюлями, ведрами и где там искать мужа? Идти обратно на стоянку такси? Пока она колебалась, Дмитрий вышел из подъезда и торопливо двинулся вниз по улице. Куда он шел? Дальше не было никаких учреждений, только тупички, переулки, овраги. Почему, отпустив машину, шел он пешком, в дождь и слякоть по выщербленным тротуарам чужого поселка? Кате
вспомнилось то, что она сочла обмолвкой, вспомнились слова: «Опять в поселок? В семь часов».
Дмитрий дошел до угла и свернул в глухой переулок. Она добежала до угла. Немощеная улица, домишки с палисадниками подбегают к оврагу. Он шел быстрым и решительным шагом. Так ходят привычной дорогой. Она уже ничего не видела и не слышала. Только темнеющий вдали силуэт да громкий стук своего сердца.
Он остановился у большого тополя и скрылся в калитке. Катя ослабела от волнения и села на скамью у ворот. Дождь стекал по капюшону плаща, но губы у Кати пересохли. Страх, подозрение, боязнь подозрений, предчувствие правды, желание правды и