Битва за Индию стр. 60
заорали, увидев человека с возможными драгоценностями. Стрелка часов слева наконец подобралась ко времени возвращения. Таузиг бросил ношу, поднял лазер и тихо уложил двух ближайших к нему нападавших. Третий убежал. Шеф Оперативного отдела убрал оружие, очевидно, полагая, что больше сюда никто не сунется. Стрелки на обоих часах совпали, обозначая время возвращения. Форчун быстро ввел машину в настоящее, открыл люк и вышел наружу.
Арийцы, ворвавшиеся во двор, остановились, пораженные таким чудом. Они сразу представили себе самое худшее. Отступая, варвары бросали нервные взгляды на машину времени, ожидая от нее огненных языков, горящих шаров или расползающихся многоголовых змей. Вид обыкновенного обнаженного мужчины их не испугал. Но обнаженный мужчина, выходящий из огромного сверкающего яйца, неведомо откуда взявшегося, — это совсем другое. Они не знали, что предпримет этот пришелец, но чувствовали его фантастическую мощь. Арийцы уже не пытались поднять свои луки и обнажить мечи, они как завороженные смотрели на странную палку в руках незнакомца.
Бледно-фиолетовый луч был невидим при дневном свете — от этого эффект был еще сильнее. Сначала Форчун провел перед их ногами дымящуюся черту. А потом обрушил сохранившуюся часть стены слева от варваров. Те бросились врассыпную. Остался только один. Он был смертельно ранен. Форчун милостиво помог ему умереть. От работы лазера и от охваченных огнем соседних зданий деревянные части развалин этого дома уже пылали. Горький дым ел глаза. Было плохо видно.
Таузиг и Луиза появились из дыма, неся вдвоем тяжелый сундук. Форчун помог им втащить его в машину. Кашляя и вытирая слезящиеся глаза, они погрузили остаток спасенного имущества и поспешно забрались внутрь. Ронел и Уэбли все еще отсутствовали.
— Мы поищем их. — Форчун закрыл люк. Машина времени поднялась как серебристый пузырь; Форчун занял место у пульта, Луиза — рядом с ним, а Пол Таузиг где-то сзади. Теперь стало видно, что полгорода уже в огне, его защитники прекратили всякое сопротивление. Вдруг две странные птицы появились рядом с медленно поднимающимся кораблем. Таузиг, который был ближе всех к люку, впустил их внутрь. Ронел поспешила к Луизе и, дрожа, опустилась к ней на плечи. Уэбли, однако, превратился из птицы в сердитого кота.
— Ганнибал, ты наделал столько глупостей! — разбушевался он. — Но одна превосходит все остальные! Это же надо так подставиться Малику, чтобы лишь за секунду избежать двойного присутствия. Форчун улыбнулся:
— Спасибо тебе, Уэбли, ты спас мне жизнь. Но зато ты был великолепен. Твои игры с Самбарой были просто замечательны. Ты уже можешь преподавать курс симбиотической клоунады.
— С Самбарой? — переспросил симбионт, потупясь от ложной скромности. — Какие игры с Самбарой?
— То, как ты затормозил его на пути к дому Луизы. Измучил его живым тротуаром и пыльным облаком, хотя он, бедный, и пытался сохранить достойный вид.
— А, это. Так, ерунда, — робко пожал плечами Уэбли.
— Ах ты лгун! — проскрежетала Ронел, злобно собираясь в комок на плече Луязы. — Ты лживый, тщеславный, высокомерный, хитрый, ты… Она задохнулась от ярости.
— Да! — воскликнул Уэбли и закрыл свое сознание щитом.
Мгновение он оставался неподвижным, затем развернулся к Ганнибалу.
— Ронел права, — сказал он. — Это было шикарно, но это не моя работа. И все же нехорошо получилось, что мы в этой операции так подолгу дей ствовали раздельно.
— Ну, кое-кто слишком отвлекался по