Битва за космос стр. 7
№ 20 и их женами – больше Конрады ни с кем не поддерживали отношений. Они постоянно приглашали друг друга в гости на обед. Практически на каждый уикенд кто-нибудь из членов группы устраивал вечеринку у себя дома. А еще они вместе отправлялись в Чизапик ловить рыбу или кататься на водных лыжах. Им было нелегко общаться с посторонними, потому что мальчики могли говорить только об одном – о своих полетах. Одним из излюбленных выражений в их разговорах было «выдавить оболочку». Понятие «оболочка» обозначало пределы возможностей конкретного самолета – насколько крутой вираж он может сделать на такой-то скорости и так далее. И главным в летных испытаниях было «выдавить оболочку», то есть выйти за пределы. Сначала во фразе «выдавить оболочку» не слышалось ничего ужасающего. Она звучала так, будто мальчики говорят о соревнованиях.
Но затем, в один прекрасный солнечный день член группы – один из парней, с которым они вместе обедали, выпивали и ходили кататься на водных лыжах, – пошел на посадку в штурмовике A-3J. Он снизил скорость, не успев выпустить закрылки. Самолет потерял скорость и разбился, а пилот обгорел до неузнаваемости. А его товарищи вытащили из чуланов офицерские шинели, надели их, спели о тех, кто рискует жизнью в воздухе, и снова сняли. Вечером, после ужина, оставшиеся индейцы говорили о несчастном случае. Они качали головами и повторяли: «Просто позор, ему следовало знать, когда надо выпускать закрылки».
Прошла всего неделя, и еще один член группы пошел на посадку на таком же самолете, на A-3J. Перед самой посадкой он сделал разворот на девяносто градусов, но что-то случилось с рычагами управления: один хвостовой стабилизатор загнулся вниз, другой – вверх, самолет вошел в штопор, рухнул с высоты восемьсот футов и разбился, а пилот обгорел до неузнаваемости. И снова надевались шинели, и снова пели о тех, кто рискует жизнью в воздухе. А потом летчики опять снимали шинели, и вечером, после ужина, говорили, что покойный был хорошим человеком, но слишком неопытным, и, когда неисправность рычагов управления приперла его к стенке, бедный парень не знал, как выйти из положения.
Каждой из жен хотелось закричать: «Боже мой! Машина сломалась! Почему вы думаете, что вам повезло бы больше?!» Но интуитивно Джейн и остальные женщины чувствовали, что этой темы касаться не стоит. Пит ни на мгновенье не давал понять, что думает, будто нечто подобное может случиться с ним самим. Это было бы не только неправильно, но и опасно – сомневаться в уверенности в себе молодого пилота, задавая ему такие вопросы. И это тоже являлось частью неписаных правил поведения жены офицера. Теперь всякий раз, когда Пит возвращался с летного поля слишком поздно, Джейн начинала беспокоиться. Она начинала думать, – нет, предполагать! – что муж попал в один из этих смертельных тупиков, о которых с таким оживлением здесь говорили.
Вскоре после этого события еще один их хороший друг поднялся в воздух на F-4, или «Фантоме», – новейшем и самом популярном в военно-морских силах самолете. Когда он набрал высоту двадцать тысяч футов, самолет задрал нос и рухнул прямо в залив Чизапик. Оказалось, что в системе подачи кислорода не работал шланг, и парень потерял сознание от недостатка кислорода на большой высоте. И снова надевались