Библиотека

Благословение пана стр. 91

Размер шрифта
-
+
Тема

менее знакомых с историей Волдинга, не смел заезжать сюда, а у тех, кто случайно оказывался на этом пути, появлялись странные ощущения, правда не очень сильные, но они все же возвращались домой другой дорогой.

Скота у жителей Волдинга было довольно, яблок и груш тоже, в садах еще зрела клубника, и росло много земляники на склонах гор, к тому же там собирали хорошие урожаи, которых хватало и на еду, и на зерно, хранившееся в больших черных амбарах, что строились из старых балок и камней; зерно можно было бы использовать и как обменный фонд, если бы был обмен, но его не было.

Скеглэнд все еще торговал бакалеей, если ему случалось быть в лавке, когда заходил покупатель, однако он всегда выглядел удивленным в таких случаях. Теперь он честнее вел дело, и его товары стали безопаснее для здоровья. Через некоторое время вместо того, чтобы брать деньги, он начал заниматься обменом.

Перкин пожил, пожил в Волдинге и остался насовсем. Трудно сказать, почему. Наверное, ему там понравилось. Но вряд ли кто может сказать, что ему понравилось. Его мысли бродили слишком далеко, чтобы можно было проследить за ними. На дальних планетах, в неведомых пространствах, на звездах, бесконечно чуждых нашей крошечной группе миров, ему было привычно искать ответы на вопросы, возникавшие в жарком пламени его души, которое было когда-то зажжено бедой. Высмеять его не составляло труда; шагать же с ним в ногу и понимать, что он ищет и что в конце концов находит, – вот задача для настоящего философа, имеющего для этого свободное время. Он вырезал отличные топорища из ореха и привязывал к ним легкие топоры, которые сам вытачивал из кремня, и едва ли в Волдинге был хоть один ребенок, у которого не было бы такого топора, а если не было топора, то уж точно было обещание Перкина сделать его до конца года.

Радовался Перкин, но не меньше радовался и Анрел. После многих месяцев растерянности и разочарований он наконец-то обрел покой, о котором люди обычно мечтают в тяжелые времена, но который редко находят, ибо жизнь гонит их дальше, пусть даже остались позади военные действия; а в Волдинге ничто не гнало Анрела дальше, и он жил в желанном покое. Для деревни он был пророком или провидцем, первым среди равных, тогда как Томми Даффин был не из их числа, и никто не смел даже думать об этом. В самом деле, с изнурительной растерянностью Анрела было покончено, но ни у кого не имелось ключика к власти Томми Даффина, разве что у миссис Тиченер. Но она, как бы стара ни была, надежно хранила свою тайну, берегла ее все последние годы своей жизни, ни слова не вымолвив о свирели и музыканте; все же, несмотря на завесу молчания, жители Волдинга понимали, что им с их догадками далеко до нее. Несомненно, мистер и миссис Даффин тоже многое знали, однако не в их силах было сложить вместе отрывочные знания.

Миссис Энд правильно поступила, перестав учить детей арифметике, чем завоевала всеобщее уважение, ибо это было воспринято как пророчество. Однако она продолжала вести занятия в школе, причем соблюдала старое расписание; правда, любой день, взятый наугад, показал бы, как далеко

она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.