Благословение стр. 124
таблетки и ультразвук… и эта странная комната с видеокассетами и непристойными журналами…
— Я думаю, ты не будешь рассказывать все это нашему сыну или дочери, когда он или она вырастет. Я думаю, мы опустим все эти подробности, а скажем только, что была лунная ночь и мы страстно любили друг друга.
— Да, наверное, ты прав. — Она усмехнулась, и они вернулись в спальню. И вдруг он страстно ее захотел, как будто решил сделать этого ребенка еще в большей степени своим, чем он был сейчас.
Брэд медленно уложил ее на кровать рядом с собой и принялся целовать долго и страстно, лаская ее грудь, которая,
на его взгляд, слегка увеличилась в размерах. Он удивился этому еще несколько дней назад и именно тогда решил, что она беременна.
Они долго лежали рядом, и желание Пилар все возрастало. А потом, когда все закончилось, она вдруг почувствовала угрызения совести.
— Как ты считаешь, это не повредит ребенку? — спросила она, испытывая одновременно и чувство вины, и удовлетворение.
— Нет, не думаю. — Его голос был глубокий и чувственный, когда Пилар провела рукой по его груди, а потом коснулась того органа, который доставлял ей столько наслаждения. — Ведь быть беременной — это вполне нормальное состояние для женщины.
— Ха, — засмеялась в ответ она, — если это так нормально, почему же тогда это так нелегко?
— Не всегда все хорошее достается легко. Вот тебя, например, тоже было нелегко окрутить. — Он еще раз поцеловал ее, и они встали и отправились на кухню готовить завтрак.
Потом они сидели на террасе в шортах и теннисках. Стоял чудесный декабрьский денек, а их ребенок должен был родиться в августе.
— Подожди, увидишь, что будет, когда Нэнси узнает об этом. — Пилар усмехнулась, накладывая себе еще одну порцию яичницы. Она внезапно почувствовала невероятный голод. — Как ты думаешь, она здорово удивится? — Пилар рассмеялась, представив себе эту картину, и муж тоже усмехнулся. Никогда в жизни они еще не были так счастливы.
— Можно с уверенностью сказать, что она будет просто в шоке. Ведь ты же сама в течение стольких лет говорила всем и каждому, что никогда не хотела иметь детей. Тебе придется теперь давать объяснения по этому поводу, " моя дорогая.
Неизвестно еще, что по этому поводу скажет ее мать. Но Пилар привыкла не обращать на нее внимания. Единственно, кому она действительно хотела поскорее обо всем рассказать, — это Марина. Вот уж кто действительно обрадуется и поддержит ее!
— Давай скажем детям на Рождество, — предложила Пилар, лучезарно улыбаясь.
Он улыбнулся в ответ, думая о том, что лучше было бы, конечно, подождать, чтобы окончательно убедиться, что все в порядке, но не хотел ее расстраивать.
На следующий день Пилар побывала у доктора, и та сказала ей, что все идет прекрасно. Она сказала пациентке, что та может работать, играть в теннис, заниматься любовью, но избегать стрессов и как можно больше времени и внимания уделять отдыху и здоровой диете. Но Пилар и так вела здоровый образ жизни и сказала, что собирается работать до последней минуты. Потом она хотела отдохнуть только несколько месяцев и снова вернуться в офис. Она и не думала бросать работу или прерывать ее на длительный срок; все, что она могла себе позволить, — несколько