Библиотека

Блюющая Дама стр. 17

Размер шрифта
-
+
Тема

он как и все остальны е за деньги наблюет где угодно.

таракан

таракан шмыгнул по кафельной плитке когда я мочился а пока я оборачивался он засунул голову в щель. я взял баллончик и прыскал, прыскал прыскал в конце концов таракашка вылез и посмотрел на меня крайне недружелюбно. после чего свалился в раковину, и я наблюдал как он умирает с каким-то неуловимым торжеством - ведь я платил за жилье а он - нет. я подобрал его зеленой туалетной бумагой и спустил в унитаз. вот и все что следовало сказать кроме того что в Голливуде и вообще на Западе мы вынуждены заниматься этим постоянно. говорят, однажды это племя унаследует землю но пусть они потерпят еще несколько месяцев.

телефон-миротворец

ты ходишь по бабам, сказала она ходишь по бабам со мной тебе скучно

хватит, говорю зудеть расслабься.

когда я пью, говорит она, у меня начинает болеть мочевой пузырь внутри жжет

пить, говорю, я сам буду.

ты ждешь, что вот-вот зазвонит телефон говорит она ты с него глаз не сводишь. если позвонит какая-нибудь баба ты сорвешься и убежишь

ничего не могу обещать, говорю я.

и тут - как нарочно - звонит телефон

это Мэдж, - говорят в трубке - надо срочно увидеться.

- эх, - говорю.

- я тут влипла, - продолжает она мне нужно десять баков - немедленно.

сейчас буду, говорю я и вешаю трубку

она посмотрела на меня. это, говорит, баба какая-нибудь, ты прямо пылаешь весь что же это, черт побери, с тобой происходит, а?

слушай, говорю, мне надо отлучиться. не уходи. я скоро вернусь.

я пошла, говорит она я тебя люблю, но ты сумасшедший. пропащий ты.

схватила сумочку и выбежала за дверь.

вероятно какой-нибудь пиздюль полученный в раннем детстве засел у меня глубоко внутри - оттого я такой ранимый, - подумал я.

вышел из дома и сел в свой Фолькс. включил радио, поехал по Вестерн на север. по обеим сторонам улицы расхаживали шлюхи а Мадж была из них на вид самой прожженной.

Все время война (1984)

предложено к рассмотрению

хорошо бы умереть за пишущей машинкой, а не с задницей прилипшей к жесткой больничной койке

я навещал друга-писателя умиравшего в больнице медленной смертью самой ужасной из всех возможных. и все же каждый раз он все говорил мне (когда бывал в сознании) о своем творчестве (бывшем для него колдовской одержимостью а не способом самореализации) и он не противился моим посещениям поскольку знал, что я прекрасно понимаю все, о чем он говорит.

на похоронах я

думал, он встанет из гроба и промолвит: "Чинаски, это было совсем неплохо, стоит попробовать".

он никогда не знал, как я выгляжу потому что мы познакомились уже после того, как он ослеп но он знал, что я понимаю его медленную и ужасную смерть.

однажды я сказал ему, что боги наказали его за то, что он так хорошо писал

надеюсь, я никогда не буду писать так же хорошо я хочу умереть уронив голову на пишущую машинку три строки до конца страницы догорающая сигарета в руке, тихо играет радио

хочу писать настолько хорошо, чтобы умереть так

иногда так одиноко, что в этом даже

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.