Блондинка из Претории стр. 20
прямой, как стрела, улицы с уходящими вдаль красными огнями светофоров. Сейчас на ней не было ни души, и Гудрон Тиндорф ни на секунду не снизила скорость. Так они домчались почти до конца Потгитер-стрит, где «гольф» внезапно повернул налево и исчез. Подъехав к перекрестку, Малко обнаружил указатель одностороннего движения. Он не успел проехать по улочке и нескольких метров, как перед его капотом возникли из темноты ослепительные фары. И никакой возможности разъехаться — улица была слишком узка. Из окна машины высунулась курчавая голова с яростно сверкающими глазами на темнокожем лице и бросила что-то нелюбезное в его адрес. Он не стал терять времени на пререкания и быстро сдал назад. Когда же он смог наконец броситься в погоню, «гольфа» и след простыл! Он свернул налево, в еще одну улочку с односторонним движением. Это был «черный» квартал. На верандах деревянных домов люди дышали свежим воздухом; повсюду носились ребятишки. Он словно очутился в бедняцких кварталах Хьюстона. Еще двадцать метров, и его фары осветили желтый «гольф», стоящий у тротуара.
Пустой, естественно!
Остановив машину, Малко вышел. Несмотря на поздний час, квартал жил полной жизнью. Кругом одни чернокожие. Его никто не замечал, словно его тут и не было. Он взглянул на лавочку напротив. Во всю ширину витрины красовалась надпись: «Запрещено для белых»... Одна из «радостей» апартеида. Он почувствовал, что прохожие начинают смотреть на него все более и более враждебно. Оглянувшись, он заметил неподалеку телефонную будку. На такое везение он и не надеялся.
Но в будке болтался лишь обрывок провода, да стенки были покрыты надписями, ставящими под сомнение мужские достоинства премьер-министра Питера Боты. К тому же, кто-то счел остроумным использовать ее в качестве общественного туалета. Спешно ретировавшись, Малко столкнулся нос к носу с группой молодых людей в надвинутых на глаза черных беретах, в рваных майках и дырявых кроссовках. Малоприятная встреча! Один из них изобразил подобие улыбки, обнажив гнилые зубы, и
пробормотал какое-то слово. Ему пришлось повторить его несколько раз, прежде чем Малко понял: «дагга».
Разновидность гашиша, который курят все чернокожие обитатели Южной Африки.
Для них присутствие белого в этом квартале в это время могло означать только одно: ему нужен наркотик. Малко отрицательно затряс головой, но те не отступали, а, наоборот, окружали его с довольно угрожающим видом. Тут в голову ему пришла одна идея. Обращаясь к одному из них — с коротко остриженными волосами и приплюснутым носом, — который показался ему более сообразительным, он спросил по-английски:
— Хотите заработать двадцать рэндов?
Они остановились, но ничего не ответили. Или они не понимали по-английски, или же осторожничали. Доставать из кармана деньги Малко не хотел, опасаясь получить в ответ удар ножа. Подошло еще несколько человек. Он оказался во враждебном кольце. В памяти всплыли рассказы о кровожадных «стролли», о чернокожих хулиганах, убивающих белых просто так, ради удовольствия. Улица была пуста. Редкие прохожие — все чернокожие — при виде группы молодых людей ускоряли шаг.
Он повторил свой вопрос, и на этот раз стриженый отозвался:
— Как, мистер?
Стараясь говорить медленно и отчетливо, Малко объяснил:
— Я ищу белую женщину, которая была вон в той машине. Мне нужно узнать, куда она пошла...
В ответ молчание. Затем двое из них о чем-то