Боевой маг стр. 7
больше времени уделять этому в классе, — проворчала Кресс.
— Не волнуйся, мы узнали это на втором курсе, — продолжил Отелло. — Продолжительность суток в эфире около десяти часов зимой и сорок часов летом, длительность года и сезоны совпадают с нашими. Вот так мы можем предсказать миграции, которые проходят через часть эфира Гоминиума. Сейчас зима, так что… наверное, нам стоит закрыть глаза, через пять часов будет рассвет.
Флетчер внимательно слушал. Он был на год позади Отелло, и с его фокусом на турнире, забыл многое из того, что узнал на лекциях по демонологии и эфиру.
— Ты упускаешь большую картину, — рявкнула Сильва, её голос прорезал тьму и заставил Флетчера подпрыгнуть. — Мы будем двигаться каждые пять часов за счёт пяти лепестков. Как далеко мы уйдём и как медленно отравимся до смерти? В этой сумке не может быть более ста лепестков. Это сто часов каждому. Десять циклов смены дня и ночи в эфире.
Разум Флетчера работал в бешеном темпе. Это чуть больше, чем четверо суток в реальном времени. Четыре дня, пока они не потеряют управление своими телами и в конце концов… умрут.
— Ну, конечно, здесь будут какие-нибудь из этих цветов, — предположил Флетчер, но сердце уже защемило.
— Ты видишь? — спросила Сильва, указывая на затопленные кусты вокруг. — Я уверена, что цветы где-то существуют в орочьей части эфира; это единственный вариант, который объясняет почему их было так много. Но не здесь. Эти болота должно быть находятся на самом краю их территории, возможно, это единственная причина, по которой орки нас еще не нашли.
— Это действительно имеет значение? — пробормотала Кресс.
— Что, чёрт возьми, ты хочешь сказать? Конечно имеет, — вспылила Сильва.
Флетчер нахмурился. Такие ругательства не были характерны для Сильвы.
— Ребята, успокойтесь, — нервно сказал Отелло.
— Нет, я хочу знать, — прорычала Сильва, стряхивая руку Отелло, который пытался успокоить её. — Я хочу знать, почему она думает, что единственное, что удерживает нас от смерти, пены изо рта и спазмов и судорог до смерти, не имеет значения.
— Это не имеет значения, потому что все мы все равно умрем! — крикнула Кресс. А затем к изумлению Флетчера, заплакала.
— Сто часов, двести часов. Кого волнует, — всхлипнула она, пряча лицо в руках. — Назад нет пути.
Сильва застыла, её гнев сходил с лица.
— Эй, — сказала Сильва, придвигаясь к ней ближе. — Я просто… Сариэль мертв и теперь лепестки… Я сорвалась. Мне жаль.
Она обняла Кресс и уткнулась головой в плечо гномки.
Несмотря на все обстоятельства, Флетчер и Отелло улыбнулись друг другу. После всего недоверия и подозрений Сильвы, она и Кресс наконец смогли убрать свою защиту и увидеть друг друга такими какими они были на самом деле.
Флетчер не мешал им стоять обнявшимися некоторое время, но знал, что не может всё так оставить. Им нужен был план или даже просто лучик надежды. Он прочистил горло.
— Ещё не прошло сто часов, после которых мы умрем, — сказал он с уверенностью в голосе, которой не чувствовал. Сильва отстранилась от Кресс, и он увидел, что её лицо было всё в слезах.
— Что ты имеешь в виду? — спросила она.
— Просто нам нужно найти ещё несколько лепестков, — продолжил Флетчер. — И всё. Подумай об этом — цветы должны существовать как в части