Библиотека

Боевой вестник стр. 122

Размер шрифта
-
+
Тема

Леон, невольно погружаясь в воспоминания о минувших ночах. — Еще пара дней, и я начну завидовать тебе, евнух.

— Так отчего бы вам просто не остановиться, мой господин?

— Видел бы ты ее прелести. Даже сам суровый бог Децимус не устоял бы.

— Я видел ее прелести и нахожу в ее красоте подтверждение существования богов. Но голова у меня не кружится.

— Везунчик, чтоб тебя… Постой-ка, а когда это ты ее видел голой?

— Мой господин, вы забыли? Я евнух. К тому же ученый. Наукой врачевания тоже владею в совершенстве. А таким рабыням надлежит быть всегда под пристальным присмотром целителей.

В начале процессии затрубил рог.

— Мой господин, все готово. Пойдемте рассаживаться. Ваши спутники уже на телеге.

Они расположились на мягких скамьях, обитых бархатом. В центре телеги был даже столик с отверстиями, из которых торчали узкие кувшины и питейные рога: нехитрое приспособление позволяло посуде не падать при движении по неровной дороге. От палящего солнца ездоков защищал навес, а по бокам шли по четыре раба с большими опахалами из пестрых перьев диковинных птиц. Десять телег было занято императорской свитой и прочими вельможами, только сам Тассир Шерегеш не показывался.

— Мне моя наложница тоже спать не давала, — хмыкнул Харольд Нордвуд, взглянув на садящегося в телегу принца.

— А мы с моей Ники стихи друг другу читали, — робко произнес Кристан Брекенридж. — Она чиста, как небесная звездочка. Скажи, Фатис, а когда нам придется покинуть ваши края, ее можно будет выкупить?

— Влюбился, болван, — презрительно фыркнул Уильям Мортигорн.

— Боюсь, мой юный господин, что нет. Такие рабыни стоят невероятно дорого. Уж очень много вложено в их обучение.

— Я накоплю денег!

— Господин, уверяю вас, к тому времени вы устанете от нее. К тому же не стоит забывать, что она лишь выполняет свою работу. Оставьте чувства сочинителям любовных песен.

— Ники мне никогда не надоест. — Брекенридж с грустью уставился в натянутый над головой матерчатый свод и мечтательно вздохнул. — И не надо думать, что я из-за похоти… Я не нарушал ее чистоты и не пользовался ею.

— Мне очень неприятно это говорить, юный господин, — вздохнул евнух. — Но она не девственница.

Леон нахмурился. Еще не хватало, чтоб сквайр расплакался, а, судя по его глазам, до этого оставалось недалеко.

— А где император? — спросил принц, стараясь сменить тему разговора.

— Скоро будет. Не волнуйтесь, — с облегчением ответил Кергелен.

Через некоторое время огромные двери резиденции распахнулись и оттуда показались две колонны безмолвных воинов. Между ними с полсотни могучих рабов несли внушительных размеров крытый паланкин, отделанный золотом и серебром.

— В нем его божественное величество со своими женами, —

пояснил Фатис.

Следом показался еще один паланкин, того же размера, но отделанный скромнее.

— Там дети императора, — продолжал пояснения раб.

Третий паланкин был так же велик, но украшен скромнее всех.

— А в этом наложницы.

Наложницы… Леона пробрала дрожь — он вспомнил ту самую… Мильнэри… Но это не имя. Даже прелести Шатисы не заставили его забыть о тех черных глазах. Однако он вовсе не желал с обладательницей этих очей делать то же, что с Шатисой, особенно после того, как узнал, что она еще невинна. Он просто хотел утонуть в ее взгляде. И покориться ей. А ведь она там, в третьем паланкине. Вот

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.