Боевой вестник стр. 167
в такие далекие края, как Триозерье.
— Нэй, мы не успеем никак с этой клячей, коль они все в седлах. Ничего. Рональд и Фэтч справятся. Не в первый раз мы уже бродим так по королевству.
* * *Коротать вечера, провожая закат подле этого большого окна, у королевы уже вошло в привычку. Но если раньше ей казалось, что ее одолевает буря мыслей и чувств, то теперь она понимала, что та буря походила лишь на легкий бриз по сравнению с нынешней. Ей не давало покоя то, что произошло два дня назад, когда Хлодвиг отсутствовал в столице, что за последние недели случалось нередко. Она понимала, что дороги назад нет, но оттого тревога за совершенное не давала ей покоя во сто крат сильней. Как это могло случиться? Можно ли винить себя за это или для себя самой искать оправдание в том, что природное естество человека сильнее разума и чести? Но все двенадцать богов были свидетелями тому, что, пойдя по этому пути, а затем сожалея об этом, она снова и снова желала оступиться. Она снова и снова ждала того мгновения, когда подменный король, Симидар Фэтч, окажется в ее постели…
В тот вечер, на закате, Фэтч уже по обыкновению вошел в тронный зал и пытался отвлечь королеву от тревог праздными разговорами, дожидаясь, когда явится барон Глендауэр, чтобы препроводить его в башню тайных дел. Но Глендауэра все не было и не было, хотя солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Видимо, какие-то неотложные дела.
Не было ничего дурного в том, что фальшивый король, призванный служить королю настоящему, ее мужу, проводил королеву до опочивальни и пожелал доброго сна. И он так и сделал. Но как вышло, что он переступил порог сокровенного помещения, и как она оказалась у него в объятиях, Анриетта не могла вспомнить. Она помнила лишь жар, в который бросило ее тело. И помнила, как он вошел в
нее… Симидар Фэтч внешне ничем не отличался от ее возлюбленного мужа короля. Но на самом деле отличие было. Симидар Фэтч пробудил в ней, казалось, уснувшие вечным сном страсть и желание. Умение получать удовольствие и быть женщиной. Фэтч действительно заменил короля. И Хлодвиг даже не представлял себе насколько! И Анриетта еще недавно не могла представить себе, какое блаженство сулит ее телу появление во дворце этого человека. И вот две ночи подряд она забывала обо всех тревогах и печалях. И уже второй закат она провожала мыслями, полными стыда и отчаянья. Что же она наделала? Она предала своего короля, раздвинув ноги, перед посторонним человеком. Но этот посторонний человек заполнил ее жизнь чем-то таким, запретным, но и сладким, что устоять не было никаких сил, даже если придется потом большую часть следующих суток казнить себя. Как же ей быть дальше?
— Моя королева, — послышался позади негромкий голос Хлодвига.
Нет. Это Фэтч. Они так похожи… Но Фэтч может то, чего не может Хлодвиг…
Анриетта резко обернулась, и дыхание ее тут же перехватило от близости этого человека, взгляд которого околдовывал и сулил новое наслаждение.
— Фэтч, мы совершили страшную ошибку и грех, — тяжело дыша, прошептала она.
— Да, моя королева. — Симидар слегка улыбнулся. — И уже дважды. Но у Первобога двенадцать