Боевые роботы Пустоши стр. 116
друзья, поженились еще года два назад. И с тех пор – притча во языцех. Стоило им зажить вместе, как их характеры словно подменили. Все время собачатся, выясняя отношения, но и разойтись не могут. Иной раз такие номера откалывают, что все знакомые ухохатываются. Последнее, что про них помню – это как Головань все нижнее белье супруги на самом высоком дереве развесил, показалось ему, что она на посторонних парней засматривается. А когда его спросили, почему именно белье и на дереве, ответил, что пусть смотрят и завидуют, а лапать – дудки. Нет, я такой любви не понимаю. Мне бы что-нибудь поспокойнее. Ладно уж, не ври. Поспокойнее… А кто психовал больше всех, воображая невесть что, когда Соната допоздна задерживалась у подруг? И понимал ведь, что ничего с ней на улицах Ляо случиться не может, и зверей опасных у нас тоже не водится, в основном все животные завезены с других миров – мирные и домашние, вроде лошадей и овец. А бодливые местные зебролопы бегают только в горах, и только лишь в определенных ареалах обитания.
Их лежбищ возле Чертога, к примеру, нет. Но понимал умом, а сердце все равно ныло. Соната, Соната…
Болезненная, непреходящая тема. Любовь прошла, а нервное напряжение осталось. С одной стороны, меня все еще тянуло к ней. С другой…
Нет, я все-таки не хотел ее видеть, теперь я это понял. Незачем зря травить душу, чувства ведь еще не очерствели окончательно. Некоторые рождены для всякого романтического вздора, вроде всех этих любовных свиданий и страданий, как Головань с Сиестой, но не я. Не мой удел. Завидую в этом плане Ухану. Он и Марана настолько разные, что даже ссориться у них по-настоящему не получается. Несмотря на то что Ухан иногда любит поязвить (как и я), он – очень добрый, мягкий и тактичный человек, никогда не скажет своей подруге действительно что-нибудь обидное. БэЗэ, напротив, долго не забывает обиды, как мнимые, так и настоящие, но своему приятелю многое прощает с легкостью. Ну, кроме того случая, когда Ухан едва гантелью по голове не заработал, но и тогда, клянусь, ничего плохого сказано не было. Просто Марана посчитала иначе. Сколько его помню, Ухан почти всегда спокоен, как поверхность стоячего пруда в ясную, безветренную погоду. Если что и попадает на его неподвижное зеркало, вроде древесного листа или зазевавшегося насекомого, то пруд просто принимает свершившийся факт и никак не протестует по этому поводу. Но проходит какое-то время, и его поверхность снова чиста. Так и с Уханом – любые неприятности проходят сквозь него, не оставляя шрамов у него на душе. И в то же время ему с легкостью удается подмечать вещи, проходящие мимо внимания таких раздолбаев, как я. Так что мои отношения с Сонатой, хотя я никогда не обсуждал с ним эту тему, лежали у него как на ладони. Ему было все ясно и понятно. Остается только позавидовать. Я не умею принимать жизнь такой, как она есть, мне всегда хочется что-то изменить. Самое интересное в этом то, что рано или поздно мои желания сбываются. Например, хотелось заняться чем-то более стоящим, чем сражения в сетевые «гэпэшки», и я это получил на Сокте, хлебнув по полной