Библиотека

Бог войны 1812 года. Артиллерия в Отечественной войне стр. 97

Размер шрифта
-
+
Тема

000 рублей ассигнациями)».

Но вернемся к трофеям 1812 г. Еще до царского рескрипта от 14 ноября 1812 г. фельдмаршал Кутузов отдал приказ, чтобы взятые у неприятеля орудия были свезены в одно место. Для этого был назначен офицер – капитан 3-й резервной артиллерийской бригады Фаустов, который отправился по тем местам, где проходили сражения, чтобы отыскивать орудия, оставленные неприятелем или зарытые ими в землю. Гражданским властям тех мест и особенно смоленскому губернатору Каверину было указано, чтобы они всеми способами содействовали выполнению желания главнокомандующего и распоряжались перевозкой орудий в Москву. Из этой же переписки видно, что генерал Коновницын был озабочен тем, чтобы своевременно о ходе этого дела доносилось фельдмаршалу Кутузову.

Замечу, что такая поспешность в сборе трофейного оружия объяснялась двумя причинами – рекламой трофеев в пропагандистских целях, а главное, дабы не допустить перехода трофейного оружия, особенно огнестрельного, в руки частных лиц. Было решено «за каждое ружье или пару пистолетов будет выдаваемо из казны по пяти рублей; тем же, которые укажут зарытое в землю, либо затопленное в воде орудие, назначено было выплачивать в награду пятьдесят рублей».

27 октября 1812 г. директор дипломатической канцелярии при Главнокомандующем И.О. Анштет в письме к статс-секретарю К.В. Нессельроде отмечал: «Редкий из крестьян не обагрил своих рук в неприятельской крови; у многих из них есть теперь огнестрельное оружие, подобранное на поле сражения или отнятое у французов. У некоторых по пяти ружей в одних руках. А в руках народа оружие всегда опасно. Нищета в местностях, где шла война, будет ужасная, а полицию никогда не поспеют достаточно скоро преобразовать. Поэтому крайне важно тотчас же сделать распоряжение о возврате оружия крестьянами тех местностей, которые очищены от неприятеля. Обещанная главным штабом пятирублевая награда за каждое ружье мало подействовала; по-моему, нужно бы в церквах объявить, что всякий, доставивший в назначенное место свое оружие, получит на него номер и будет считаться его собственником. Ружья починят и приведут в настоящий вид,

а всякому добровольно представившему свое ружье будет дано 5 руб. в награду». Били тревогу и гражданские власти. Так, калужский гражданский губернатор П.Н. Каверин, назначенный управляющим освобожденными уездами Смоленской губернии,

10 ноября 1812 г. писал царю из Вязьмы: «Многочисленные победы, доставившие им разные добычи, в оружиях состоящие, и навык к сражениям могут иногда поселить в них род некоторого буйства, когда… должны обратиться к собственным их занятиям и быть по-прежнему кроткими и мирными поселянами. В сем рассуждении оружие для них становится вовсе не нужным. Не благоугодно ли будет Вашему Императорскому Величеству повелеть, под предлогом учреждения в городах арсеналов, всякое имеющееся у поселян огнестрельное и белое оружие представлять в городах с получением установленной за то платы».

Первые трофейные пушки привезли в Москву 1 января 1813 г. Это были шесть 6-фн австрийских и одна 6-фн французская пушка из Колочского монастыря. Затем стали прибывать орудия из Вязьмы, Смоленска, Минска, Борисова и т. д.

В начале января 1813 г. начальник Московского арсенала генерал Пичугин представил отчет об орудиях, найденных после ухода французов в Кремле. Из отчета видно, что в Кремле царил полный хаос: стены Арсенала (ближе к Никольским воротам) были подорваны, из-под развалин торчали пушки и стволы. Изъять их оттуда было трудно, поскольку не имелось никаких механических приспособлений, кроме рук. Из ведомости

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.