Богатые наследуют. Книга 2 стр. 140
детишек, и получают за это титул и поместья. Слава Богу, Поппи теперь мертва, – добавил он, – и тебе не нужно с ней встречаться. Я выбросил ее из головы сорок лет назад. Или почти выбросил – потому что она не из тех женщин, которых можно легко забыть».
– Итак, мистер Либер, – заканчивал Орландо, – теперь вы сами видите, почему я верю, что являюсь наследником Поппи Мэллори.
Теперь Майк абсолютно не сомневался, что Орландо Мессенджер был правнуком Поппи, но почему же тогда Поппи даже не упомянула сына в своем завещании? Там говорилось только о дочери. Она не включила Рогана в завещание только потому, что он сбежал и бросил ее? Майк позвонил Либеру в Женеву и сообщил ему новости.
Либер не очень-то удивился, узнав об Орландо.
– Мне всегда казалось, что было нечто в его истории, – усмехнулся он. – И еще – существует приписка к завещанию. Я раньше не придавал ей важного значения – Поппи казалась мне выжившей из ума старой леди, которая не может собраться с мыслями… Я даже мог допустить, что она бредит. Я решил, что речь идет о ком-то из адвокатской конторы, потому что приписка была адресована некому Рогану. В приписке она говорит ему, что написала завещание потому, что ничего не знает о своей дочери, что она может просто забыть – иногда память подводит ее. Она пишет: «Я хочу быть уверена, что о ней позаботятся. Но, конечно, я знаю, что ты сделаешь все, как надо».
– Конечно, – добавил Либер, – мы не можем рассказать сейчас Орландо Мессенджеру обо всем, что узнали – пока не выясним все о дочерях, а если существует еще наследник, все будет поделено поровну.
Майк обдумал все, что услышал от Либера, а потом взял трубку и набрал номер Карральдо в Лос-Анджелесе.
Остался один блокнот, который предстояло прочесть, – последний; и Майк надеялся получить окончательный ответ на вопрос, что же все-таки сталось с Поппи и кто была ее дочь. Он подумал о том, что нужно позвонить Арии, но потом решил подождать, пока не выяснит все. Подойдя к Лючи, он стал гладить его мягкие перья, и попугай молча смотрел на него своими маленькими глазками-бусинками.
– Бедный Лючи, – говорил Майк. – Бедный мальчик. Она покинула тебя, бедняга, и никогда не вернется назад.
Он подошел к столу и снова взял в руки блокнот. И когда он читал, ему показалось, что он чувствует Поппи, словно она здесь, в этой комнате… Да, теперь он действительно знает ее.
ГЛАВА 54
1927, Франция
Поппи была опять одна, на ферме в Монтеспане. Прошло больше двух лет с тех пор, как исчез Роган. Numéro Seize на рю-дэ-Абрэ был закрыт – с той самой ночи, когда она бежала по ступенькам за Роганом. Нетта говорила ей, что богатые парижане до сих пор стонут, проходя мимо.
– Они говорят, что никогда не будет ничего подобного, и готовы поклясться, что когда-нибудь ты откроешь его опять.
Поппи покачала головой.
– Никогда, – прошептала она.
Она уже тысячи раз заново переживала каждый момент своей жизни – до той роковой ночи, говоря себе, что все, что она делала, – ради того, чтобы выжить. Но в глубине своего сердца она знала, что это не так; была еще одна причина.