Бойся Кошек стр. 148
ним, прямо над приборной доской — ее черно-белая морда была обращена к нему, а пасть, как показалось Хэлстону, чуть-чуть приоткрылась в хищной ухмылке.
— Черт! — прошипел Хэлстон, невольно бросая взгляд вправо, через плечо — в стенке, двойной стенке сумки была прогрызена большая дыра. Он снова посмотрел вперед, и в это самое мгновение кошка, приподняв лапу, резко ударила его по лицу. Он стремительно откинулся назад… и услышал, как завизжали колеса «мустанга».
Машина пересекла двойную желтую полосу на шоссе и ее стало разворачивать задом наперед. Кошка продолжала стоять на приборном щитке машины, и он, изловчившись, что было сил ударил ее — зверь зашипел, но с места не сдвинулся. Тогда Хэлстон нанес еще один удар, но вместо того чтобы отскочить в сторону, она бросилась ему на лицо.
— Гейдж, — подумал он, — прямо как с Гейджем…
Нога машинально давила на педаль тормоза, тогда как кошка продолжала цепляться за его голову, вонзая в нее когти всех четырех лап и закрывая своим брюхом обзор дороги. Превозмогая дикую боль, Хэлстон, однако, по-прежнему не отпускал руль из рук. Он еще раз ударил кошку, потом еще, еще — и в этот момент его неожиданно швырнуло вперед и автоматические ремни безопасности от резкого удара мгновенно напряглись, удерживая его тело в вертикальном положении. Отчаянный, почти нечеловеческий вопль зашедшейся от адской боли женщины («почему только женщины?» — подумалось ему в тот миг) — было последним, что отпечаталось в мозгу Хэлстона. Он, правда, нашел еще в себе силы для последнего удара, но нанес его слишком неточно, и кулак лишь скользнул по упругим кошачьим мускулам.
И сразу после этого его сознание окунулось в темную, непроглядную бездну.
Луна скатилась за горизонт. До рассвета оставался примерно час.
«Мустанг» лежал на брюхе в поросшем приземистым кустарником овраге. В радиаторной решетке запутались клочья колючей проволоки. Весь перед машины превратился в кучу искореженного металлолома.
Медленно, постепенно, но Хэлстон все же начинал приходить в себя. Первое, что он увидел, открыв глаза, была та самая кошка, уютно пристроившаяся у него на коленях. Она чуть слышно мурлыкала и спокойно глядела на него своими сияющими на черно-белой морде зеленоватыми глазами.
Хуже всего было то, что ног своих Хэлстон не чувствовал.
Он скользнул взглядом мимо кошки и увидел, что передняя часть машины полностью разрушена, мотор ввалился в кабину машины, раздробив ему ноги и наглухо припечатав его к спинке кресла. «Заживо похоронен», — пронеслось в мозгу Хэлстона.
Где-то вдалеке заухала сова, видимо, почуявшая ночную добычу.
А совсем рядом, словно внутри него, продолжало раздаваться мерное кошачье урчание.
Ему даже показалось, что кошка улыбается ему.
Хэлстон видел, как она медленно поднялась, выгнула спину и потянулась. Внезапно с грациозной и одновременно устрашающей гибкостью хищника она, словно живая, колышащаяся промасляная ткань, кинулась ему на плечо. Хэлстон попытался было поднять руку, чтобы отогнать ее.
Рука не шелохнулась.
Спина, — словно врач-профессионал подумал он. — Перелом позвоночника. Я парализован.
Кошка угрожающе мурлыкала ему прямо в ухо, и звук этот казался похожим на раскаты грома.
— Пошла прочь! — прокричал Хэлстон, с некоторым удовлетворением отмечая, что голоса все же не лишился, хотя тот прозвучал сухо, сипло, почти нечленораздельно. Кошка на мгновение напряглась, затем откинулась назад. На концах лап внезапно появились