Болотник. Книга 3 стр. 136
выступил мой человек и специально привел их к вам.
— Там не совсем хорошая история получилась… — замялся Зинченко — в общем некоторые из них получили травмы. Товарищи были в нетрезвом состоянии и полезли драться с солдатами, в результате у одного из них сломана ключица, у другого повреждена рука. Если мы их отпустим без оформления, у нас могут быть проблемы…
— Твою мать! Дайте угадаю, Ерастов и Кожевников?
— Всё верно. У Кожевникова сломана ключица, у Ерастова что-то с рукой, прикладом ударили, вроде перелома нет, но…
— Ясно. Отпускайте, я с ними сам разберусь, проблем не будет. В конце концов они сами виноваты, нечего было лезть драться. Кажется, сюда кто-то идёт, сейчас выгоните меня взашей, и я буду ждать вашу расписку и краеведов возле своей лодки.
Глава 25
Выгнали меня с шумом и матами, в прочем как обычно. Когда мы с Зинченко закончили разговор, в кабинет разъярённой фурией ворвался подполковник. Досталось всем, и Зинченко, который какого-то мужского полового органа, привел меня в кабинет, хотя должен был «пристрелить этого пи…са на месте как собаку», и мне и моим родственникам до седьмого колена. Чуть в рыло мне не заехал товарищ командир. Зинченко порывался было вступится за меня, но заметив мой предостерегающий жест, присоединился к подполковнику. Видимо выплёскивая весь свой, недавно пережитый страх, скоро он уже переплюнул подпола и с пеной у рта поносил меня, так, что уже командиру ПВОшников, пришлось его осаживать. Я быстро выпалил свою версию появления в воинской части, но такое впечатление, что меня подпол вообще не услышал. Вышвырнули меня короче из ворот КПП со всей помпой и картинно играя на публику, разве что коленом под зад не дали. Ну и ладненько, главное, чтобы всё получилось и эту гребанную экспедицию отпустили на волю.
Ерастов с компанией, появились только через пол часа. Видел я подобную картину уже где-то — французы отступают из Москвы. Потрёпанные все, взлохмаченные, одежда порванная. Ерастов с Кожевниковым сверкают перевязанными и загипсованными конечностями, у Изи фингал на пол лица, у Сёмы поцарапана скула. Только девчонки более-менее целые, мордочки только заплаканные и глаза от слёз опухшие.
— Ну что? Допрыгались? Добухались? Краеведы ху…вы! — выдал я, как только все шестеро подошли ко мне.
— Да говорил я им! На каждом привале по пузырю высасывали ироды! У них с собой почти ящик водки был! Я им — в обход пойдём, а они вдоль болота решили, не послушали меня, вот мы и нарвались! И нет бы мирно договорится, когда на патруль вышли, так эти в драку сразу полезли! Я и глазом моргнуть не успел, как прикладом в морду получил! — начал возмущаться и оправдываться Семён, но тут же запнулся, встретившись с моим злым взглядом.
— Я с тобой потом поговорю. Дома. Сейчас бери баб, и Изю и дуйте назад, в Приречный, а я этих раненных петухов повезу на лодке. Там всё равно на всех места не хватит.
— Я этого так не оставлю! Они вообще охамели, вояки эти! Да я доктор наук, профессор, а меня в рыло, да сапогами по почкам! Они ещё узнают, кто такой Ерастов! Выпить есть, Кирилл? Надо стресс снять — Ерастов похоже ещё не вдуплил, из какой жопы