Большая книга ужасов – 70 стр. 33
быть, в солярий записаться. Он представил себя в солярии. В нём было ещё жарче, а справа по трубе ползла жирная мышь…
Круглов открыл глаза в темноте. Аудитория была пуста, свет выключен. Он вскочил, запнулся, упал, опрокинув на себя несколько стульев. Ещё скатился по лестнице, так, чуть-чуть, на восемь ступенек всего, ушиб копчика, вывих пальца, и весьма неприятно вляпался в жвачку, в изобилии прилепленную повсюду. Жвачка оказалась липкой, вонючей и неуступчивой, парень попытался размазать её по подвернувшемуся стулу, однако не получилось.
Круглов сел на ступеньку.
В аудитории пахло сеном. Почему? С чего бы тут пахло сеном…
Он достал телефон, проверил время.
Ого и о-го– го, почти десять. Прекрасно… Он пнул стол и направился к выходу. Дверь, конечно же, оказалась закрытой, впрочем, его это не особо смутило, он достал универсальный ножик и через пять минут отщёлкнул язычок замка. Вышел в коридор.
В здании уже никого не было. В пальцах продолжало оставаться омерзительное ощущение липкости и сахара, а ещё Круглов думал о том, что на этой жвачке сохранилась чья-то слюна, переполненная многочисленными микробами и бациллами. Смириться с этим было совсем нельзя, Витька огляделся и направился прямиком к туалету.
Он был в «деревяшке» впервые, но туалет разыскал без особого труда – в конце коридора. Включил свет. Неплохо. В туалете то есть неплохо, ремонт недавно сделан, можно сказать, евроремонт. Блеск, хром, фаянс, плитка хорошая, электрополотенца. Восемь кабинок.
Круглов приблизился к раковине и принялся мыть руки. Жвачка расплавилась и прилипла к пальцам крепко, отмывалась с трудом, он выдернул из держателя бумажное полотенце и принялся оттирать жвачку от рук. Вода из крана текла холодная, пальцы ныли.
Наконец резинка отстала. Парень сполоснул руки, поднёс их к электросушителю. Прибор загудел, в ладони потекло тепло. Это оказалось весьма приятным ощущением – отогреть пальцы после ледяной воды, он зажмурил глаза, поднёс пальцы ближе к сушилке…
Прибор отключился, и Круглов услышал – по коридору шагали. На каблуках. То есть на каблучках даже – цок-цок.
Странный звук в ночных коридорах. На каблучках, цок-цок, и прямо сюда…
Копыта!
Парень почувствовал холод. По спине, от пояса вдоль позвоночника… Он стоял возле стены, приложившись к трубе, отсюда и холод. Шаги приближались. Цок-цок-цок. Вахтёрша! Увидела, что включился свет, решила погасить, выполняет свои прямые обязанности. Вахтёрша на каблуках, ага…
Круглов испугался. Очень сильно. Он вдруг подумал, что остался один в этом большом здании, нет никакой вахтёрши, ушла она, там у них пост электронной охраны, а чоповец сканворд разгадывает, мозг отключил. И теперь здесь только он и ещё… Вот эти шаги.
Перехватило дыхание. Перекрыло, точно рукой сжало горло. Круглов рванул в ближайшую кабинку, закрыл дверь, задержал дыхание. Огляделся, заметил, что бумаги нет, а на правой стенке написаны обидные стихи, посвящённые преподавательскому составу. Он выдохнул, уселся на унитаз и на всякий случай схватился за ручку. Конечно, замок здесь хлипенький, не выдержит, да и дверь не очень, и вообще…
Триллер. В голливудских молодёжных ужастиках герои регулярно прятались в туалетах, и их там регулярно убивали.
Круглов забрался на унитаз. Так всегда делали люди в кино. Стало вдруг смешно. То есть совсем смешно…
Дверь в туалет открылась. Петли не скрипнули, но Витька почувствовал,