Большая книга ужасов – 70 стр. 42
тишина. Такая, что парень слышал, как с дикой скоростью бежит по венам кровь.
А потом на крышу упал камень.
Глава VIIIЧупакабра и прочиеВ два часа ночи приехали гаишники.
Отец объяснял. Показывал на капот, на колёса, кивал на кусты, дул в трубочку. Гаишники устало записывали, фотографировали, чесали затылки. Лазить по кустам им явно не хотелось, но Круглов-старший заставил, и два полисмена всё-таки отправились в лес. Витька выбрался из машины.
Ноги и спина болели, он стал медленно бродить вокруг машины. «БМВ» выглядел плохо. Смятый капот, шины, на крыше вмятины и царапины – от комьев заледеневшей грязи, которые сыпались на неё почти два часа.
Кажется, «БМВ» застрахован. Хотя, интересно, под какую страховочную статью это подходит? Нападение… Кого нападение? Буки? Бука. Тот, кто воет под окном… Да его вообще на самом деле нет, никакого буки. Тогда кто? Кто там?
Круглов подошёл к бамперу, достал из кармана платок и тщательно собрал с пластика успевшую загустеть и замёрзнуть кровь.
Отец тем временем горячился. Кричал, стучал ладонью по крыше машины и требовал вызова подмоги. Полицейские равнодушно кивали.
Домой вернулись к четырём – отец настоял, чтобы их проводили до дому, подвезли на патрульной машине. Полицейские посмотрели на него как на дурака, но подвезли.
До шести часов отец варил и пил кофе. Витька сидел рядом. Ему очень хотелось рассказать. Ну, что это, наверное, он во всём виноват с этой самой Сомёнковой, с этим букой…
– Пап, – протянул он. – Я тебе сказать хочу. Я, наверное… Это всё, ну, что происходит…
– Иди спать, – мягко оборвал отец. – Завтра поговорим. То есть уже сегодня утром.
Но поговорить утром не получилось, едва рассвело, отец собрал вещи и отправил сына в город. К тёте Розе. Сам он взял три дня отпуска и собрался в Воронеж – привезти мать и младшего.
Домой отец Витьке велел не возвращаться.
– Почему? – спросил тот.
– Потому. Там хулиганы. Я уже написал заявление, пусть проверят. И в службу безопасности позвонил, Полевому. Помнишь Полевого?
– У него «беретта», – сказал парень.
– Точно, у него «беретта». Он охотник заядлый. Обещал посмотреть.
– На что?
– На кабанов, – ответил отец. – Знаешь, эти кабаны как привяжутся, так потом от них покоя нет. Некоторые на людей, кстати, нападают. Вепри, ты слышал?
Витька кивнул.
– Ладно, нечего… Потом со всем разберёмся. Из Воронежа позвоню.
Отец вручил ему деньги на жизнь, велел ехать к тёте Розе и отправился на вокзал. Круглову не хотелось к тёте Розе, в школу было рано, и он поехал кататься на трамвае. Он иногда любил покататься, на трамвае лучше, чем на троллейбусе, в трамвае легче думалось. И спалось.
Ранний вагон тащился по кольцу, народу было немного, Витька устроился на сиденье поудобнее. Трамвай тащился по городским пригородам, переваливался с боку на бок, скрипел разболтанным нутром. Круглов подумал: а можно ли кататься на трамвае весь день? Вот так сесть, заплатить за сорок поездок и болтаться туда-сюда, трястись, вытянув ноги…
– Эй! – Его потрясли за плечо.
Он открыл глаза.
Над ним возвышалась тяжёлая высокая кондукторша, с усталым уже спозаранку лицом, обвешанная сумками, картридерами, билетными лентами