Больше чем смерть: Сад времени. Неадертальская планета. На белой полосе стр. 569
шланг.
Глава 4Редактор новостей газеты «Виндзор Секит» нажал педаль видеотелефона и хмуро уставился на появившееся на экране изображение главного репортера.
— Где тебя, Адриан, черти носят? Немедленно отправляйся в космопорт, как тебе было сказано. «Мариестоупс» прилетает меньше чем через полтора часа.
Левая часть лица Адриана Бакера сморщилась, и он стал придвигаться к экрану до тех пор, пока нос его не расплылся и изображение не потеряло четкость.
— Не надо так, Ральф. У меня тут появилось дело по дороге.
— Я не желаю слушать ни о каких посторонних делах, я хочу, мой мальчик, чтобы ты сейчас же был в этом проклятом космопорте.
У Бакера сморщилась правая часть лица, и он заговорил быстрее:
— Послушай, Ральф. Я сейчас в пабе «Голова Ангела», на Темзе. Я тут нашел одну старушку, ее зовут Флоренс Уолсамстоун. Она всю жизнь прожила в Виндзоре и помнит время, когда Грейт-парк был парком и все такого рода. У нее есть племянник — Родни Уолсамстоун, рядовой с «Мариестоупса». Она мне только что показывала письмо от него, в котором он описывает неземных животных, которые были обнаружены и которых они везут домой. И я подумал, если мы поместим ее портрет с отрывками из его письма — ну понимаешь: Местный Парень Помогает Захватить Этих Чудовищ —
это будет —…
— Хватит, достаточно. Это самое большое событие за последние десять лет, а ты хочешь затмить его каким-то фактом весьма местного значения. Верни старушке письмо, поблагодари за предложение, заплати за нее, наделай ей комплиментов, а потом немедленно шагай в этот чертов космопорт и возьми интервью у Баргероуна, иначе я из твоей кожи воздушного змея сделаю.
— Хорошо, Ральф. Пускай будет по-твоему. Было время, когда ты прислушивался к советам.
Отключив связь, Бакер добавил:
— А у меня и сейчас есть один, очень недурной.
Он выскочил из будки и протиснулся сквозь грузную и пьяную массу мужчин и женщин к высокой даме, задвинутой в самый угол бара. Она подняла к губам стакан с темно-коричневой жидкостью, при этом жеманно отодвинув мизинец.
— Ваш редактор в восторге? - спросила она, слегка шепелявя.
— Не пойму, какая муха его укусила. Видите ли, мисс Уолсамстоун, я очень извиняюсь, но мне необходимо немедленно ехать в космопорт. Возможно, мы возьмем у вас интервью немного позже. У меня теперь есть ваш телефон, так что не утруждайте себя, звоня нам, — мы сами вас найдем, хорошо? Был рад с вами познакомиться.
Когда Бакер допил свой стакан, она сказала:
— Вы должны позволить мне заплатить за это, мистер…
— Вы очень любезны; ну, если вы так настаиваете, Мисс Уолсамстоун… О, вы очень любезны. Ну, прощайте.
И он начал пробираться между полными желудками. Она опять позвала его. Он в ярости оглянулся из середины толпы.
— Поговорите с Родни, если увидите его. Он будет несказанно рад сказать вам что-нибудь. Он очень хороший мальчик.
Он прокладывал себе дорогу к двери, неустанно бормоча: «Простите, простите», — как проклятие.
Залы ожидания в космопорте были забиты до отказа. Обыкновенные и необыкновенные люди заняли все крыши и окна. На гудронированном шоссе было огорожено канатами место, где стояли представители правительств, в том числе министры марсианских дел и различных ведомств. Среди них директор лондонского Экзозоопарка. За заграждением маршировал известный