Большое сердце маленького воина стр. 111
сильнее королевы? — удивилась девочка.
— В чём-то он сильнее. Но на шахматной доске… иногда, чтобы спастись, он нуждается в её помощи.
Гертруда вздрогнула при этих словах и подняла глаза на Осви.
Так и есть. Произнося их, он смотрел на неё.
Да что, чёрт возьми, творится?!
Когда уже Артур нападёт на Хитрых Лисиц?
Когда она сможет вместе с дочерью вернуться в Белые Лилии и начать жить
сначала, без Артура и войн?
— Вспомни ходы, каким я учил тебя. И не забывай, чтобы не расстраиваться понапрасну. Это лишь игра. Но у королевы в ней много преимуществ. Ведь она в этой игре может всё.
— Адель, пойдём спать. Уже поздно, и его Величеству нужно отдыхать, — как можно небрежнее делая ударение на последних словах, сказала Гертруда.
— Но мы не закончили, — удручённо ответила дочь, гладя мурчащего на её коленях сонного Люка.
— Мы можем продолжить завтра. Иногда партию оставляют не доигранной.
— Почему? — удивлённо спросила Адель.
Осви пожал плечами.
— Причины могут быть разными. Например, нехватка времени. Или кому-то из игроков понадобилась пауза на «подумать».
— Тогда до завтра, — послушно согласилась девочка, сползая с высокого кресла из-за стола, на котором они с Осви играли.
Пожелав друг другу спокойной ночи, Гертруда с дочерью и король расстались.
И снова проклятая бессонница одолела Гертруду.
Иногда, чтобы спастись, он нуждается в её помощи…
Ей показалось, или в его словах был намёк на что-то большее?
И про паузу на «подумать».
Он едва не поцеловал её, когда они остались наедине среди вересковых пустошей. Значит, он тоже к ней неравнодушен?
И что значит «тоже»? Она что, признаётся сама себе, что неравнодушна к Осви?
Она уснула лишь под утро, и оно началось с хороших новостей, — во дворец вернулись Бруно и Джек.
Гертруда была в саду и издалека заметила своих приятелей.
— Бруно! Джек! Как я рада! — она нежно обняла по очереди каждого из них.
Осви тоже вышел в сад и стал невольным свидетелем их бурной встречи. При этом он почувствовал неприятный укол ревности в сердце.
Слишком уж нежными почудились ему объятья для обычных друзей.
Нет, с этим пора заканчивать. Какое ему дело до всей троицы? Его больше не пронять всякими женскими штучками.
Отчего не торопится напасть на Хитрые Лисицы Артур?
Гертруду с Адель пора отправлять восвояси. Иначе он успеет привыкнуть к этим двум женским особам, что ему совсем не к чему.
Вдруг он вспомнил слова старца, делившегося с ним своими предсказаниями много лет тому назад.
Он говорил, что Осви сможет ещё полюбить, и женщин будет сразу две. Адель ещё ребёнок, но тоже относится к коварному женскому племени.
И Осви с каждым днём всё больше к ней привязывается.
А что творится с ним при виде её матери, его просто пугает. За годы, проведённые в добровольном отшельничестве от женского общества, не считая придворных дам и прислуги, он забыл, что такое бывает.
И вот эти забытые чувства снова к нему возвращаются. Его сердце ожило с появлением Гертруды. Но он также помнит, что бывает потом. Какая боль приходит следом за призрачным счастьем…
Кивком головы он поздоровался с друзьями Гертруды и пошёл в сторону конюшен.
Ничего так не отвлекает от навязчивых мыслей, как верховая езда.
Гертруда