Большое сердце маленького воина стр. 55
нескольких милях от дворца.
По приказу Артура в неё сажали смелых и отчаянных бунтовщиков, посмевших высказаться против власти нового правителя. Сидели они там недолго. Им давались пару дней на осознание своей глупости. По истечении срока бунтовщиков казнили на главной площади под испуганными и затравленными взорами принудительно собранных на ней жителей королевства.
В настоящий момент темница пустует, словно в безмолвном ожидании очередной пленницы.
Так или иначе, Гертруда снова окажется в его власти. Он будет навещать её, когда захочет. И делать с ней всё, что захочет. Слишком долго он терпел унижения и насмешки от неё. Наступил его час показать, кто из них настоящий хозяин положения.
Почёсывая досаждавшую ему лопатку, он вышел из комнаты, на ходу отдавая провинившимся стражам приказ вызвать к нему начальника охраны. Далеко уйти Гертруда не могла. Нужно немедленно собрать и пустить по следу беглянки поисковый отряд. Его люди разобьются на небольшие группы и прочешут весь лес. Проворонили пленницу, теперь пусть хоть из-под земли её отыщут и доставят к нему во дворец. А потом он решит, что с ней делать. Сразу без лишних разговоров отправить в башню, или наказать плетьми. Или за волосы затащить к себе в покои, насладиться телом непокорной, заставить принадлежать ему без остатка.
И он не будет разводить с ней больше телячьи нежности, будет грубым. Заставит её страдать и кричать от боли. Она заплатит ему за всё.
Глава 21. Разбитое сердце
В подвале, которому было суждено стать для пленников ночным приютом, было холодно и сыро.
А ещё темно. Гертруда с детства боялась темноты. Но никому бы в этом не призналась за все богатства мира. Тем более, глупому Бруно, по чьей милости они тут оказались.
Она забилась в дальний угол, поджала под себя ноги. Чтобы хоть как-то немного согреться, стала растирать руками продрогшее тело.
— Уютное местечко, — попытался пошутить Бруно.
В ответ ледяное молчание.
— Ладно, меня бы одного на ночь здесь оставили. Но тебя, девушку, не пожалели, — он не бросил попыток завязать с ней разговор.
Гертруда не выдержала.
— Я не нуждаюсь ни в чьей жалости. Особенно в твоей, — резко ответила она.
— Я поступил опрометчиво, сам навёл на нас врага. Я был неправ, не знал, что всё так закончится! Прости меня, — с искренним раскаяньем горячо заговорил парнишка.
Девушка оценила его порыв к примирению.
— Для неотёсанного деревенского парня ты излишне красноречив…
Даже в кромешной темноте Бруно чувствовал, как она улыбается.
— Можно, я тебя обниму? Только не подумай плохого! Просто здесь жутко холодно, вместе будет теплее.
Она молчала. И он принял её молчание за согласие. Перебрался в угол, в котором сидела Гертруда, здорово робея, осторожно прижался к ней. Не встретив сопротивления, крепко обнял руками за плечи. Лишь теперь оба поняли, как устали за этот бесконечный день.
Гертруда вздохнула. Нестерпимо ныла шея, и она положила голову на плечо пытавшегося согреть её своим теплом Бруно. Закрыла глаза.
— Почему король Артур тебя преследует? Что ты ему сделала? — снова заговорил парень.
— Ничего особенного, — ответила Гертруда.
— Я просто разбила ему сердце…
… Артур навсегда запомнил тот день.
С детства у него была привычка давать каждому дню свой цвет.
Например, день, когда дед в первый раз взял его