Большое сердце маленького воина стр. 66
Даже в пустоту. Даже через туман, вставший перед рассветом в лесу, по которому они с Бруно бредут, не видя конца своего пути.
Привычка никогда не сдаваться и действовать всегда приходила на выручку к ней. Должно сработать и на этот раз.
— Мне показалось, или запахло дымом?
Гертруда остановилась, вдыхая терпкий горьковатый дух.
Бруно пожал плечами. В их королевстве дым и гарь поселились уже давно. Стали привычными, обыденными.
— Кажется, это оттуда, — женщина махнула рукой чуть в сторону.
В ту же секунду из кустов выбежала тёмная собака внушительного размера. Несмотря на устрашающий вид, пёс повёл себя дружелюбно. Он внимательно обнюхал лесных гостей и негромко тявкнул, присев перед ними на задние лапы.
— Что ты там нашёл, приятель? — совсем рядом раздался спокойный мужской голос, вслед за псиной из кустов вынырнула худая, высокая фигура в чёрной рясе.
Увидев незнакомцев, человек замер. За спиной его была вязанка хвороста. В руках маленький топорик. Никакого оружия при нём не заметно.
Неужели они добрались до места?! Гертруда улыбнулась и первой заговорила с монахом.
— Здравствуйте, мы идём в монастырь по приглашению его Высокопреосвященства епископа Иосифа. Я Гертруда, а это мой друг, Бруно.
Монах молчал, с подозрением глядя на пришельцев. При упоминании о епископе настороженность с его лица понемногу стала уходить. Но было видно, что он решает про себя, насколько можно доверять этой странной парочке.
— Вы не могли бы оказать нам любезность и проводить нас к нему? — Гертруда улыбнулась ещё шире, вкладывая в улыбку всё очарование, на которое была только способна.
Она машинально пригладила растрёпанные волосы рукой, провела ладошкой по перепачканному, пришедшему в полную негодность после прогулки по лесу, платью.
Бруно топтался рядом, мысленно взмолившись про себя, чтобы этот монах соображал чуточку побыстрее и отвёл их, наконец, в монастырь. Не терпелось увидеть мать. А ещё было бы неплохо умыться и перекусить с дороги, дав отдых дрожащим от долгой ходьбы ногам.
— Вы Гертруда? — переспросил монах недоверчиво.
Об этой бесстрашной женщине в стенах мужского монастыря ходили легенды. Но мало кто из его обитателей был знаком с ней лично.
— Она самая. Вы можете в этом убедиться, как только приведёте нас к епископу. Он с радостью подтвердит вам мои слова.
Монах подумал ещё немного, и сдался. В конце концов, у него не было иного способа проверить слова стоящей перед ним женщины.
— Что ж. Следуйте за мной. Здесь недалеко.
Бруно приободрился.
— Моя матушка тоже должна находиться в вашем монастыре. Я успел познакомиться с одним из ваших братьев, когда привёл её к вам. Чёрт, — Бруно стукнул себя по лбу.
— Запамятовал, как его зовут. В прошлый раз мы попали к вам с другой стороны. Эти места мне совсем не знакомы. Пришлось поплутать, прежде чем добрались сюда.
— Марта? — оживился их проводник.
— Да! Это моя матушка! — радостно отозвался парень.
— Она очень славная, — монах не сдержался от похвалы.
— Такого рисового пудинга я никогда не ел прежде! А её оладьи… настоящий шедевр!
При упоминании о пудинге Бруно сглотнул слюнки, а Гертруда испытала щемящую боль в области сердца. Адель ненавидела пудинги. Интересно, когда дочь ела в последний раз? Быть может, её не кормят вовсе?
Её нервы были натянуты подобно канату. Но держать себя в