Босс с причудами (СИ) стр. 23
лет здоровой и без судимостей с такими планами. Впрочем, что-то в этом есть. Вы подкинули мне богатую пищу к размышлению.
— Кушайте на здоровье, Родион Романович.
«И не подавитесь», добавляю мысленно. Но он умеет читать мысли.
— Дерзите, Татьяна, — говорит строго.
— Простите. У меня манера разговаривать такая. Я не хотела вас обидеть. Вы меня одергивайте, если что. Вам можно.
— Потому что я начальник вашего Эдика? И вы боитесь, что я на нем отыграюсь?
— Вы выше этого! Вы же джентльмен, сами сказали.
Он усмехается и качает головой. А я и правда не понимаю, чего это меня понесло в словесную перепалку. Надо быть собранной и учтивой, а я как будто постоянно проверяю с Ремезовым границу дозволенного.
— Все же мне кажется, что Эдуард не одобряет вашего образа жизни.
— Ничего подобного. Он меня поддерживает, и я его во всем поддерживаю. Мы дополняем друг друга.
— Но вам же хочется, чтобы он вместе с вами чудил и куролесил? Разделял ваши безумные увлечения?
— Для него работа на первом месте. Я его не ревную к работе.
— Да вы золото, а не девушка. Другие бы истерили. Допрашивали, где он пропадает допоздна, почему не уделяет вам внимания. Подозревали бы во всяком. С кем он там на работе засиживается, точно ли поглощен отчетами
или какой-нибудь профурсеткой…
— Эдуард не такой, что вы! Конечно, порой мне грустно, что его рядом нет. Вот, мы сейчас с вами сидим в ресторане, вкусные блюда едим, а он в офисе, с вашим новым клиентом беседует.
— Ишь, какой молодец! — оживляется Ремезов. — Ну да, новый клиент — это важно. Значит, я причина вашего огорчения? Раз заставил Эдуарада этим заниматься и в офисе после работы запер?
— Ну да… То есть, нет. Я понимаю… надо, значит надо.
— Правильно понимаете.
Он нашей дуэли у меня голова кругом идет. Ремезов ни одного слова не скажет нормально, все с каким-то смыслом, с подвохом. Поди пойми его. Глаза у него то искрятся озорством, то становятся непроницаемыми, то вспыхивает в них насмешка.
— Родион Романович… а можно, я вас попрошу кое о чем?
— Валяйте. Я сегодня добрый. Наверное, одежда с чужого плеча на меня так действует.
— Можно вы Эдика в субботу отпустите? Один раз! Он потом отработает.
— В субботу? Эдуард работает в субботу?
— Да, у вас проект горит.
— Ах да, проект… Вечно у нас что-то в офисе горит. Хоть пожарную команду вызывай. И Эдуард, значит, в центре борьбы с огненной стихией… Да, хороший работник Эдуард, что и говорить. Ценный. И зачем он вам понадобился в субботу?
— Мы с ним договаривались на одно мероприятие пойти… развлекательное. Давно планировали… Отпустите его, пожалуйста! Ведь это же выходной … Нам хочется вместе побыть.
Ремезов молчит, усмехается в бороду. Обдумывает. Наверное, ему приятно, когда его умоляют. Может, заломить руки и поплакать? Нет, это уже перебор.
— Нет, — изрекает он величественно. — Не отпущу. Еще чего выдумали!
— Ладно, — отвечаю уныло. Не особо-то я надеялась. Шикарный костюм Фионы так и останется висеть в шкафу, а я проведу очередной одинокий вечер.
— Сделаем так, — говорит Ремезов, постукивая длинным пальцем по бокалу. — Эдуард будет трудиться в офисе на благо компании, а на ваше развлекательное мероприятие вы пойдете со мной.
— С какой