Божьи куклы стр. 220
и потом, это против законов природы. Так повелось испокон веков, и не мне менять эту традицию, – ответила кукушка и улетела.
Скворец хотел помочь жаворонку и выбросить яйцо кукушки из гнезда жаворонка, но ему стало жаль неродившегося птенца и он замешкался. Прилетевший с промысла жаворонок беспокойно завился над своим гнездом и закричал:
– Вор, вор, убийца! Спасите!
Растерявшийся скворец хотел объяснить, в чем дело, но жаворонок так истошно кричал и бил крыльями, что «благодетель» предпочел побыстрее унести ноги, чтобы не быть опозоренным на весь лес.
Вслед ему раздавалось насмешливое: «Ку-ку!»
ГолубокОдна женщина любила наблюдать из окна за парой голубей, живших в ее дворе под кровлей крыши небольшого пятиэтажного дома. Голубки очень любили друг друга и так нежно ворковали, что сердце женщины наполнялось тихой и спокойной радостью и умиротворением. Но в один ужасный день голубка умерла. На холодной земле лежало ее несчастное изувеченное тельце. То ли злые мальчишки побили ее камнями, то ли потрепал ястреб, какая разница, если печальный итог не изменить.
Голубок был настолько опечален случившимся, что целыми днями сидел на карнизе рядом с окном женщины и, похоже, собирался умирать. Он ничего не ел, не летал, перья его потускнели и стали выглядеть неопрятно, а глаза слезились и нарывали гноем. Женщина так сочувствовала голубку, что стала каждый день разговаривать с ним и пыталась уговорить его жить. Она даже взяла длинную палку от метлы, привязала к ней крепко-накрепко большую ложку и, насыпая туда хлеб, ухитрялась дотянуться до карниза, на котором сидел голубь, и высыпать еду рядом с птицей. Голубок начал потихоньку клевать корм и обретать силы.
Через полгода он так изменился! Это уже была полная жизни, уверенная в себе птица, ставшая вожаком целой стаи голубей, которая беспрекословно его слушалась. И еще у него появилась новая подружка, с которой он часто прилетал к знакомому окну поздороваться и поесть хлебных крошек.
ВероломствоВ один прекрасный день маленькая ласточка посмотрела на небо, увидела там белоснежное пушистое облачко и влюбилась. Ласточка подлетела к нему и сказала:
– Облачко, я люблю тебя.
– Ой! – удивилось облачко. – Ты мне нравишься, но тебе лучше полюбить какую-нибудь ласточку.
– Нет-нет, что ты, я не хочу! Ты – это все, что мне нужно! – ответила ласточка.
– Но я не могу полюбить тебя! Я же просто облако! – ответило облачко.
– Ты сможешь, я знаю, в мире нет ничего невозможного! Моя любовь разрушит все границы! – восторженно сказала ласточка.
Она стала летать вокруг облачка, петь ему песни, рассказывать сказки. Иногда она хотела обнять и поцеловать облачко, но
просто пролетала сквозь него, потому что, как все знают, обнять облако невозможно.
– Ты так эгоистично и холодно ко мне! – жаловалась ласточка. – Как ты можешь так со мной поступать!
– Я же говорило тебе, что не смогу полюбить тебя, – отвечало облачко и хмурилось.
– Ты уже не белоснежное, а серое! Где были мои глаза? Я так в тебе ошибалась! – сетовала ласточка.
– Ну, знаешь, ты сама так захотела, и нечего меня винить! – отвечало облачко.
От расстройства и несправедливых упреков облачко и впрямь потемнело и превратилось в тучку, а потом пролилось на несчастную ласточку проливным дождем. Ласточка сидела под выступом скалы, сушила свои промокшие перья и обиженно думала