Брачное уравнение стр. 62
ясной головой, но сейчас мои мысли яснее, чем когда-либо. Ты отвлекаешь меня, но это и к лучшему. Я хочу меняться, справляться с трудностями и править не головой, а сердцем.
– Но что скажет народ о ребенке?
– Часть людей порадуется, другие покроют позором, но будут и те, кто поймет, – они ничем не отличаются от нас… – Он улыбнулся. – Спор – дело хорошее. Он дает тему для обсуждений, и ты будешь очень обсуждаемой королевой. Но очень хорошей.
– Но что скажет твой отец?
– Наверное, я провел слишком много времени рядом с тобой. Сейчас мне так захотелось солгать. – Захид посмотрел на Тринити. – Может быть, скажем ему после свадьбы? Так будет легче для тебя?
– Да.
– Чего еще ты боишься? Что еще ты не можешь со мной обсудить?
– Ничего.
– Точно?
Честность никогда не была важна для Тринити. Ее семья всегда утаивала правду или замалчивала проблемы в надежде, что они исчезнут. Они никогда не рассказывали о позорных событиях.
Пришло время меняться.
– Я люблю свою семью. – Она не знала, как лучше все описать. – Мои родители потеряли сына, и я не хочу, чтобы они потеряли и дочь. Я не могу повернуться к ним спиной. Придется мне посещать семейные события.
– Конечно, – подтвердил Захид. – И что тебя беспокоит?
– Ты, – призналась Тринити. – Ты можешь устроить скандал или сказать что-нибудь…
– Заставлять тебя видеться с этим мужчиной просто бесчестно!
Тринити повернула голову и посмотрела на любимого, восхищаясь его выдержкой.
– Я еще не решила, – ответила Тринити. – Хотела позвонить им и сказать: «Если они хотят увидеть меня, то его быть не должно!»
– Но?…
– Но теперь я хочу пережить этот день и… – Она закрыла глаза. – Я не знаю, чего хочу.
– Может быть, лучше сказать это им в лицо? – Захид знал: Тринити не может положиться на родителей, а те не могут ее защитить.
– Я не хочу с ним больше разговаривать!
– Уверена? – спросил Захид. – Я могу с этим разобраться, если хочешь.
– Я хочу не этого.
Она посмотрела на задумавшегося Захида. Нет, она не хотела впутывать его во все это, не могла попросить его стоять рядом во время семейных церемоний.
– Тебе не нужно напиваться, чтобы подойти к микрофону, – напомнил Захид.
– Я не пила тогда! – А когда Захид лишь улыбнулся в ответ, признала: – Ну, может быть, совсем чуть-чуть…
– Тебе не нужно пить, чтобы делиться своими мыслями.
– А если я скажу что-нибудь…
– Я буду рядом.
– Тебе лучше остаться в отеле. Или в машине!
– Нет, – настаивал Захид. – Ты не справишься с этим одна.
– Значит, ты будешь рядом и я буду переживать, как бы тебе не сорвало голову…
– Такого не будет, – уверил ее Захид. – Даю слово.
Тринити была безгранично благодарна Захиду за его умение владеть собой. Он делал ее сильнее и спокойнее, и теперь она могла встретиться лицом к лицу со всеми проблемами.
Захид был одет в безукоризненно строгий костюм, Тринити – в траурное платье, и вместе они встречали этот сложный день. Захид отпустил водителя, заметив неловкость, которую все еще испытывает Тринити. Девушка расслабилась, и на нее сразу нахлынули мысли о предстоящей церемонии.
– Бедная Самина… – Внезапно повернулась она к Захиду: – Что теперь будет с вашими странами?
– Возможно, даже война, – спокойно ответил Захид. – Ты решила сбежать после