Братья Рико стр. 23
не завидовал и на чужое не зарился.
Отель «Эксельсиор» — прекрасное здание в двадцать семь этажей. При нем на берегу моря огромный плавательный бассейн. Вдоль стен большого холла — киоски с предметами роскоши. Одни только ливреи служащих должны стоить целое состояние!
— Будьте любезны вызвать мистера Кубика.
Вежливый, уверенный в себе, он ждал. Портье набрал номер.
— Мистер Кубик просит вас подождать здесь. У него совещание.
Такое мог придумать Фил, чтобы поколебать его уверенность в себе и подчеркнуть собственное высокое положение. Но то ведь Фил, а не Сид Кубик. Вполне естественно, что Сид Кубик занят, что у него совещание…
Он ворочает такими делами, что может потягаться с любым торговым домом, с любой страховой компанией.
И дела у него посложнее — их нельзя проводить по конторским книгам.
Прошло четверть часа, и Эдди захотелось пить. В глубине холла находился бар, погруженный, как обычно, в полумрак и располагающий к покою.
Случалось, что перед важным свиданием Эдди выпивал стопку виски, иногда две. Если он так не поступал сегодня, то только потому, что хотел доказать самому себе, что совсем не боится.
А чего ему, собственно, бояться? В чем его могут упрекнуть? Несомненно, Кубик будет говорить с ним о Тони. Но ведь он не может быть в ответе
ни за женитьбу брата, ни за его поведение!
Рядом с ним беспрерывно поднимался и опускался один из лифтов, и всякий раз, как из него выходили люди, Эдди пытался отгадать — не они ли присутствовали на совещании у Сида.
— Синьор Рико?
— Да. — У него екнуло в груди, — Вас ждут в номере тысяча двести шестьдесят два.
Лифт поднялся бесшумно и быстро. Светлые коридоры были застланы толстыми зелеными дорожками. На дверях поблескивали медные номера.
Раньше чем Эдди успел постучать, дверь номера 1262 открылась и Фил молча протянул ему руку, равнодушную руку, которая не отвечала на пожатие. Высокий, в чесучовом костюме мужчина, лысеющий, с расплывающимися чертами лица.
Жалюзи на окнах, по-видимому выходивших на море, были приспущены.
— А где Кубик? — спросил Эдди, оглядывая просторный номер.
Фил подбородком указал на неплотно закрытую дверь.
Легко было догадаться, что тут и в самом деле происходило совещание: на круглых столах стояли стаканы, а в пепельницах — четыре или пять недокуренных сигар.
Из соседней комнаты, распространяя сильный запах одеколона, вышел Кубик, голый до пояса, с полотенцем в руке.
— Садись, малыш!
У него была мощная волосатая грудь, мускулистые, как у боксера, руки, и все в нем, особенно подбородок, казалось высеченным из камня.
— Приготовь ему хайбол. Фил!
Отказаться было неудобно, и Фил не стал возражать.
— Я сейчас приду, — сказал Кубик.
Он вышел и вскоре вернулся, заправляя рубашку в холщовые штаны.
— Ты знаешь что-нибудь о брате?
«Неужели он пронюхал, что Джино поехал не прямо в Калифорнию?» — подумал Эдди. Лгать было опасно.
— О Тони? — предпочел переспросить он, в то время как Фил клал в бокал кусочки льда.
— Да. Он тебе писал?
— Нет. Писала мама. Сегодня утром я получил от нее письмо.
— Что же она пишет? Я очень люблю твою мать, она смелая женщина. Как она поживает?
— Хорошо.
— Она видела Тони?
— Нет. Мама пишет, что он женился, но она не знает на ком.
— Он