Брошенные тела стр. 146
или менее плоских и поросших кустарником, в котором легко спрятаться.
И вот они подошли к подножию хребта. Течение реки справа от них становилось все более бурным — Змейка прорывалась здесь сквозь теснину ущелья.
Оглянувшись, Бринн указала на оставшийся позади берег.
— Постойте, там же наши следы.
— Но их почти не видно.
— С фонариком будет видно отлично.
— Да, ты права.
Мишель побежала назад, туда, где они только что пили воду, и, наломав веток с какого-то вечнозеленого куста, принялась этим импровизированным веником яростно заметать отпечатки в грязи. Бринн слышала, как тяжело она дышит. Мишель словно забыла о поврежденной лодыжке, хотя та, несомненно, причиняла ей немалую боль.
Сейчас Бринн видела совсем другую девушку, абсолютно не похожую на ту, какой она была лишь несколько часов назад — богатую дилетантку с мечтой о звездной карьере, жалобами на чужую обувь и колючки в кустах. Бринн знавала людей, ломавшихся от малейшего стресса, как и тех, кто в трудную минуту неожиданно совершал, казалось бы, невозможное. Совсем недавно Бринн была убеждена, что Мишель принадлежит к категории слабаков.
Она ошиблась.
И теперь у нее есть надежная союзница.
Молодая женщина присоединилась к ним.
— Я устала, — всхлипнула Эми и зевнула.
— Я знаю, солнышко, — сказала Мишель. — Ты скоро сможешь поспать. Давай, я положу Честера к себе в карман.
— А ты застегнешь карман на молнию, чтобы не потерять его?
— Конечно.
— Только не застегивай до конца. Ему же надо дышать.
«Девочка значительно отстает в развитии от своих ровесниц», — с грустью отметила Бринн.
Мишель убрала игрушку в куртку, и они начали подъем. Высоко наверху послышался резкий скрип тормозов большого грузовика, и звук был как нельзя кстати. Он указывал направление и подгонял вперед.
Грэм и Мюнс осторожно спускались по склону от автомагистрали.
Сзади донесся грохот грузовика, и хотя он был теперь несколько приглушен, они слышали, как водитель перешел на пониженную передачу, а потом вновь раздался треск мотора, похожий
на пулеметную очередь.
Вскоре они уже преодолели некоторое расстояние. Оба тяжело дышали, потому что удерживать тело в вертикальном положении и не свалиться было так же трудно, как, вероятно, и подниматься по этой круче. До них по-прежнему доносился шум реки из теснины ущелья в тридцати ярдах внизу.
Грэм зарабатывал деньги на флоре и остро чувствовал, насколько растительность вокруг него отличается от той, которую он привык видеть на складе своей компании, где каждый кустик покорно сидел в отведенном ему керамическом горшке или лежал с корнями, обмотанными пленкой. Годами он изменял ландшафты у частных домов и офисов, сажая камелии и рододендроны в заранее вырытые ямки, сдобренные богатой известняком почвой, а сверху добавлял органические удобрения. Здесь же растения не служили украшениями пейзажа, составляя самую суть, свое сообщество, если угодно. И держали все под своим контролем. Они с Мюнсом не значили в этом мире ничего, были даже меньше, чем ничто, как и все прочие животные, обитавшие тут. Грэму даже казалось, что лесные звуки — скрипы, писки, крики — это отчаянный зов о помощи, который деревья и прочие растения оставляли без внимания. Полностью равнодушные ко всему.
И готовые предать в любой момент. Однажды им пришлось, опасно балансируя, перейти по бревну прогалину, густо заросшую ядовитым плющом, на