Брошенные тела стр. 177
семейный портрет — и швырнула в Мишель. Та уклонилась, но Бринн воспользовалась этим моментом, чтобы наброситься на нее. Женщины сшиблись телами, издав хриплые крики. Бринн отчаянно вцепилась в правое запястье Мишель, стараясь вонзить короткие ногти в кожу молодой женщины как можно сильнее.
Мишель вскрикнула и свободной рукой ударила Бринн по голове.
Пистолет выстрелил, и Мишель, силясь направить его на Бринн, выпустила еще три заряда. Все пули прошли мимо.
В кухне закричала Анна и стала звать Грэма.
Бринн кулаком угодила Мишель в лицо. Та охнула от боли и сплюнула. Сдвинув брови, плотно сжав губы, Мишель коленом попыталась ударить Бринн между ног, а локтем метила в живот. Но Бринн не отпускала руку с пистолетом — ничто не могло бы заставить ее сейчас ослабить хватку. Злоба подогревалась не только событиями прошедшей ночи, но и этим предательством вкупе с чувством вины за собственную доверчивость. Она извивалась, била и рычала, как на того волка, что приблизился к ним в лесу.
Женщины продолжали схватку, опрокидывая мебель. Мишель тоже сражалась неистово — это уже не была неженка-дилетантка в тысячедолларовых сапожках. Она просто обезумела, охваченная единственным желанием — выжить.
Пистолет снова выстрелил. Затем еще и еще — несколько раз. Бринн успевала считать — миниатюрная версия глока была десятизарядной.
Еще один сухой треск — и патронов больше не осталось, замок в рукоятке автоматически открылся, ожидая новой обоймы. Женщины повалились на пол, Бринн била девушку по голове, стараясь вцепиться ей в глотку. Мишель отвечала столь же свирепыми ударами, движимая чистейшим отчаянием. Ее мышцы, если хотя бы эта часть истории была правдивой, находились в хорошем тонусе благодаря тренажерам в фитнес-центре.
И все же Бринн ни секунды не сомневалась, что сможет остановить эту женщину, убьет ее, если придется, не колеблясь. Она пускала в ход руки, зубы, ноги… Она ощущала поистине звериную злобу.
«Ты должна была меня убить…»
Что ж, на этот раз своей ошибки она не повторит.
Ее пальцы нащупали горло Мишель.
— Господи, Бринн… — Через дверь вбежал мужчина; на долю секунды Бринн показалось, что это Харт. И мгновенной потери концентрации оказалось достаточно. Мишель вырвалась и дулом пистолета ткнула Бринн в раненую щеку. Боль оказалась столь непереносимой, что перед глазами все поплыло и закружилась голова.
Мишель щелчком закрыла замок в рукоятке пистолета. Теперь, хотя патронов в нем не было, он выглядел заряженным и готовым выстрелить. Она направила его на Грэма:
— Ключи от пикапа! Быстро!
— Что такое? Что вы де…
— Постой! Постой! — бормотала Бринн, держась одной рукой за лицо, а второй безуспешно пытаясь вцепиться в Мишель.
— Я убью ее, — сказала та, направив дуло в шею Бринн. — Давай чертовы ключи!
— Нет, не надо! Вот они, возьмите. Только уезжайте.
— Постой!
Мишель схватила ключи и выбежала из дома.
Грэм упал на колени, достал свой сотовый телефон и набрал девятьсот одиннадцать. Потом он попытался обнять Бринн, но она, оттолкнув его, поднялась на ноги. Перед глазами опять потемнело, и, покачнувшись, она упала у подножия лестницы.
— Постой…
— Почему «постой»? Чего мне было ждать?
Она собрала все силы, чтобы через боль ясно произнести то, что хотела сказать.
— Пустой. Пистолет не был заряжен.
— О, дьявол! — Грэм бросился было к двери, но пикап