Брошенные тела стр. 185
ее недовольный сын поднимается по лестнице.
«Что за дела?»
Ее муж снова уселся за стол.
— Давай же, Грэм, выкладывай. — Они редко обращались друг к другу по именам. — Что случилось. Скажи наконец.
Грэм подался вперед. Он явно мучительно обдумывал что-то и в конце концов спросил:
— Ты знаешь, как именно поранился вчера Джоуи?
— Ты про скейтборд? У школы?
— Это произошло не у школы. И упал он не с трех ступенек возле стоянки. Он занимался фальтингом. Тебе известно, что это такое?
— Разумеется, я знаю. Но Джоуи никогда не стал бы…
— А почему? Почему ты в этом так уверена? Ты же ни о чем понятия не имеешь.
В ее глазах читалось удивление.
— Так вот, он занимался фальтингом. Мчался на скорости в шестьдесят или семьдесят миль, прицепившись к грузовику на Элден-стрит.
— Как, на шоссе?!
— Вот именно. И этому занятию посвятил весь день.
— Но это же невозможно.
— Какие у тебя основания так говорить? Его там видели. Звонил мистер Радитцки. Джоуи прогулял школу. И подделал твою подпись на записке.
Теперь, когда ужасы прошлой ночи уже не переживались так остро, эти новости по-настоящему шокировали Бринн.
— Подделал подпись?
— Забежал с утра в школу. А потом сразу ушел и уже не возвращался.
Неужели это правда? Она подняла взгляд к потолку. В самом углу чернело оставленное пулей отверстие. Маленькое, словно муха. Пуля прошла там насквозь.
— Я даже не могла себе представить. Придется поговорить с ним.
— Я пытался. Он ничего не хочет слушать.
— Иногда он бывает таким.
— Но он не должен быть таким, — хрипло сказал Грэм. — Это не оправдание. Он продолжал упорно мне врать, и я запретил ему кататься на доске целый месяц.
— Ты так уверен… — Ее первой реакцией было защитить сына, поставить под сомнение объективность мистера Радитцки, выяснить, кто был свидетелем, устроить расследование… Но она просто замолчала.
Грэм заметно напрягся и ссутулил плечи.
Он еще не закончил.
И он не собирался щадить ее. Она сама напросилась на это.
— И еще та драка, Бринн. Помнишь, в прошлом году? Ты сказала мне, что парни просто немного потолкались, и все. Но мистер Радитцки говорит, все было иначе.
— Тот мальчишка — настоящий хулиган. Он…
— …Всего-навсего дразнил Джоуи. Может, и обидел его, но словесно. А Джоуи избил парня очень сильно. На нас собирались подавать в суд. Об этом ты умолчала.
Она снова прикусила язык. Потом произнесла:
— Я просто не хотела, чтобы узнал весь город. Пришлось кое на кого надавить. Конечно, это не очень-то красиво с моей стороны. Но я не могла поступить иначе. Я хотела защитить
его.
— Он уже не маленький, Бринн. Ты слишком избаловала Джоуи. Его спальня — просто выставка дорогих вещей.
— За все, что ему куплено, я платила сама. — Она тут же пожалела об этих злых словах, заметив, как расстроился Грэм. Деньги, конечно же, здесь ни при чем.
— Я считаю, что вседозволенность дурно влияет на него. Тебе ни к чему проявлять излишнюю строгость. Но иногда следует сказать ему «нет». И наказать, если он тебя не слушается.
— Я наказываю его.
— Нет, не наказываешь. Это выглядит так, словно ты ему чем-то обязана, будто чувствуешь какую-то вину перед ним и расплачиваешься за нее. Почему так происходит, Бринн?