Будничная работа [ёфицировано] стр. 25
военной точки зрения.
— Порой я перестаю понимать, какой был смысл рождаться, — пробормотал Гаррисон.
Селектор квакнул и объявил:
— Шеф, вас спрашивает какой-то Бердж Киммелмен.
— Давайте его сюда.
Вошел Киммелмен, щеголеватый, самоуверенный. По-видимому, он только обрадовался возможности отдохнуть от обычных дел, поспешив на помощь закону и порядку. Он сел, закинул ногу за ногу, расположился, как дома, и принялся рассказывать свою историю:
— Просто чёрт знает что, капитан. Начать с того, что я никогда не беру в машину незнакомых людей. Но я остановился и подвёз этого типа, хотя до сих пор не пойму, как это произошло.
— А где вы его подобрали?
— Примерно в полумиле за колонкой Сигера, если ехать в этом направлении. Он стоял на обочине, и я вдруг затормозил и распахнул перед ним дверцу. Я подвёз его до Нортвуда, высадил, а сам рванул вперёд, в Саутвуд. Только я там отошёл от автомобильной стоянки, как вижу: он идёт по той стороне улицы, — Киммелмен умолк и выжидательно посмотрел на них.
— Продолжайте, — сказал Райдер.
— Я его тут же окликнул и спросил, как это он очутился в городе раньше меня. А он сделал такие глаза, будто не понимал, о чём я говорю, — Киммелмен недоумённо пожал плечами. — Я над этим без конца ломал голову, но так ничего и не смог придумать. Я знаю, что подвёз этого типа или его брата-близнеца. Но второго быть не может: ведь в таком случае он понял бы, почему я ошибся, и объяснил бы, что я, очевидно, подвёз его брата, но он ничего подобного не сказал. И постарался вежливо прекратить разговор, как будто имел дело с ненормальным.
— Пока он ехал с вами, не говорил ли он чего-нибудь? — спросил Гаррисон. — Что-нибудь о себе, своей профессии, цели своей поездки?
— Ничего. Он на меня прямо как с неба упал.
— Тут всё словно с неба упало, — кисло проворчал Гаррисон. — Неизвестные семена, кожица неведомых плодов, и… — он внезапно умолк. Рот его остался раскрытым, глаза выпучились.
— …подобной базой, любая страна окажется в положении, позволяющем диктовать…
Райдер подошел к приёмнику, выключил его и сказал:
— Будьте любезны, подождите немного в приёмной, мистер Киммелмен.
Когда коммивояжёр вышел, он продолжал, обращаясь к Гаррисону:
— Ну, решайте же наконец, хватит вас удар или нет?!
Гаррисон закрыл рот, снова открыл, но не сумел издать ни звука. Его выпученные глаза, казалось, не могли вернуться в исходную позицию. Правой рукой он бессильно помахал в воздухе. Райдер взял телефонную трубку и, когда его соединили, сказал:
— О'Киф, что у вас там слышно по поводу этой космической станции?
— Вы мне только из-за этого звоните? А я как раз брался за трубку, чтоб связаться с вами.
— По какому поводу?
— Пришло одиннадцать ответов на циркулярное письмо. Первые девять из двух больших городов, а последние два — из Нью-Йорка. Ваш подопечный на месте не сидит. Держу пари на десять кокосовых орехов против одного, что следующий банк, который он попробует ограбить, будет в Нью-Йорке или его окрестностях.
— Вполне возможно. Но пока забудьте про него. Я вас спросил про станцию. Как у вас там реагируют на это?
— Гудят, как потревоженный улей. По слухам, астрономы заметили эту штуку и сообщили о ней ещё за неделю до того, как