Букварь Янки стр. 6
погруженной в меланхолию. Янка сидела возле телевизора и таращилась в экран. Там рассказывали про пауков.
– Познаешь мир?
– Бричиков, ты паук, – сказала Янка, не отрываясь от экрана.
– На чем основан вывод?
– Ты заманил меня в свои сети и теперь высасываешь кровь. Но не сразу, а потихоньку, чтобы я подольше помучилась.
– Я смотрю, телевизор прививает тебе образность мышления.
Бричиков поставил стул напротив Янки и уселся, загородив экран. Снял очки, протер, вернул на место. Стекла сверкнули, отразив свет люстры. Янке почудилось в этом что-то зловещее.
– Мне не видно!
– Посмотришь в другой раз. Надо поговорить.
– О чем?
– О деле. Я так понимаю, твой драгоценный возлюбленный с нами не едет? – Бричиков обвел комнату рукой.
– А вдруг он просто вышел?
– Ага. И ты в ожидании его смотришь телевизор с таким видом, будто из тебя действительно что-то высосали.
Янка попыталась улыбнуться, но, судя по реакции Бричикова, получилось не очень.
– Мы расстались.
– Отлично! Ой, прости, я не это хотел сказать.
Девушка устало посмотрела на него. Это подразумевало: «Слушай, ну мне-то можешь не врать. Ты сказал именно то, что хотел».
Бричиков поспешил перевести разговор в другую плоскость:
– Так вот. О деле. Рискованно, но если все пройдет так, как надо, то больше нам ничего не понадобится. И можно будет зажить спокойно. Правда, сначала придется уехать куда-нибудь подальше.
– Это я с радостью, – сказала Янка. – С превеликим удовольствием свалю.
Рана была не опасной, но болезненной. Бричиков хромал, а Янка шла рядом, придерживала и изображала не то дочку, не то молодую жену. Рану обмотали Янкиной блузкой, а кровь на черных джинсах почти не выделялась. Зато было видно дырку от пули.
А началось все неплохо. Они вошли в банк, попросили отвести их к управляющему, сказав, что собираются открыть счет. Бричиков продемонстрировал деньги, которые у них оставались. Этого хватило, чтобы клерк осознал серьезность клиентов и их намерений.
Управляющий подробно рассказывал им об истории банка, о
знаменитых вкладчиках, о перспективах и о том, конечно же, что здесь деньги будут в сохранности. В этом Янка серьезно сомневалась и все косилась на Бричикова, ожидая, когда он подаст сигнал.
Наконец Бричиков улыбнулся и поднял руки вверх, показывая, что сдается и принимает предложение.
– Скажите «а», – попросила Янка.
Управляющий посмотрел на нее и улыбнулся.
– Зачем тебе?
– Просто, интересно.
– Ну а.
– Без «ну», пожалуйста.
Управляющий посмотрел на Бричикова. Тот развел руками: мол, вот такая она у меня.
– А.
И в его глазах зажглась «А», от которой Янка уже успела отвыкнуть.
– А сейчас ты проведешь нас внутрь хранилища, – сказала она.
Управляющий кивнул, встал и пошел, а они пошли за ним, пытаясь выглядеть естественно. Глупое слово. Никогда не нравилось Янке.
– Сука! – выкрикнула Янка, когда охранник выстрелил в ногу Бричикову. Откуда им было знать, что управляющий не имеет права никого сюда водить?
– Сука! – еще раз повторила Янка, смакуя. Охранник навел на нее автомат.
– Не то, – прошипел Бричиков сквозь зубы. – Не то говоришь!
И тогда Янка сказала: «Все!» И говорила на обратном пути, если кто-нибудь только смел взглянуть в их сторону. Ее трясло от злости и запоздалого страха.
Когда они вышли из банка, в живых там мало кто остался. Орала сирена, а они продолжали идти. Прохожие